Он даже не был уверен, что когда-нибудь вспомнит то, о чём говорил Холланд, и потому его навязчивая забота вновь начала казаться неуместной.
Но Имон старался быть терпеливым.
— Всё будет нормально. Я на сорок три процента долбанный киборг, как-нибудь справлюсь.
— И я всё ещё не понимаю, почему! — горячо выкрикнул Холланд, резко выпрямившись. — Зачем было делать из тебя киборга? Кому вообще понадобилось ставить над тобой эксперименты?
Холланд не мог не знать, что за «Сосуд» и «Защитник» отвечала Ида Джориус — но та была мертва, и всё, что она знала, просто исчезло. Может, где-то и существовали записи, которые она вела, или даже были люди, которые знали о планах и целях Джориус, но Имон понятия не имел, как их найти и заставить говорить. В Потоке было указано, что восстанавливающийся «Аммон Ра» сейчас под начальством некоего доктора Скотта из команды Джориус, но больше информации о нём не было.
Имон помнил лишь одно: ему установили протез, потому что правая рука отмирала. Но из-за чего — неизвестно.
— Ладно, ладно, — вдруг чересчур бодро добавил Холланд, натянув на лицо улыбку. Он зачесал тёмные волосы назад, будто его причёска была недостаточно идеальной, улыбнулся ещё шире и посмотрел на Имона. — Мы со всем разберёмся. Всё узнаем. А потом я разорву этих ублюдок на части и…
— Холланд, — предупреждающе произнёс Имон.
— Ладно, немного погорячился… Или нет. В общем, кто бы это с тобой ни сотворил, они за это ответят, да?
Имон не знал, что сказать. В голосе Холланда было слишком много холода, из-за которого по спине Имона вновь побежали мурашки. Он, однако, практически мгновенно забыл об этом. Холланд смотрел на него, не мигая, с лёгкой улыбкой на тонких губах, а внутри Имона медленно поднимались уверенность и доверие, которое он бы не смог объяснить.
Даже если Имону было достаточно получать ответы на свои вопросы, он уже не считал желание Холланда отомстить странным или ужасным. Наоборот, думал, что это нормально.
В конце концов, это Холланд, и он заботился об Имоне.
Глава 7 (73). Ещё один шаг
Кайсака чувствовала себя загнанной в угол, и даже присутствие Кобры, всегда сдержанной и внимательной, которая довольно часто спасала от внимания старших, не помогало.
О причинах столь неожиданного собрания Кайсака старалась не думать, но в результате только это и делала. Пока Змей с Ящером издевались друг на другом в своей привычной манере, подкалывали остальных и обсуждали последние задания, а Тайпан просто пялился в экран планшета, притворяясь, будто не знает их, Кайсака едва не тряслась от страха. Уже несколько месяцев она была под командованием Кобры, которая отчитывалась обо всех своих делах непосредственно Кайману, и у Кайсаки никогда даже мысли не возникало, что тот потребует её присутствия. Здесь были только старшие: Змей, Ящер, Тайпан, Кобра, Гадюка, и даже Шипохвост, которого Кайсака не видела, должно быть, года три, не меньше. Он сидел на низком диване в углу комнаты так тихо, что все присутствующие быстро забыли о нём. Не вспоминали даже тогда, когда железные, итровые и кантроксовые шипы на его длинном хвосте касались пола, создавая противный скрежет. На него смотрела только Кайсака, и то тогда, когда он, казалось бы, этого не замечал. Только один раз он показал ей длинные кантроксовые клыки, а после вновь притворился, будто Кайсаки не существует — то есть делал то же, что все свои двадцать шесть лет.
Гадюка была единственной, кто обращал на Кайсаку внимание, и то из-за того, что старшей сестре не нравилась причёска младшей. Гадюка искренне считала, что у девушки должны быть длинные волосы, требующие десятиступенчатый уход, тогда как Кайсака стригла волосы до плеч и всегда собирала их в низкий хвост, потому что так намного удобнее. К тому же, за короткие волосы сложнее схватить, чем за длинные. Кайсака десятки раз видела, как Ящер хватал Гадюку за волосы во время тренировочных боёв.
— Тебе обязательно нужно пользоваться миндальным маслом, — как ни в чём не бывало сказала Гадюка, как если бы продолжала неожиданно прерванный разговор. Змей и Ящер, переставшие мериться силами, вдруг замерли и уставились на них. Гадюка, невозмутимо откинув с плеча чёрные локоны, облизнула длинные клыки и добавила: — Кончики у тебя совсем ломкие.