— Звучит как отличное начало игры.
— Людям серьёзно нравится эта ерунда?
— Согласно статистике — да, — ответил Сириусу Анубис, сверяясь с информацией из Потока. — Люди часто играют в это, когда пьют. Если верить Потоку, игра способствует сближению с друзьями, а также...
— Да какая разница? — перебил его Азриэль. — Давайте уже, я просто хочу напиться.
— Но разве потом тебе не будет плохо? — взволнованно спросила Джуд.
— Ты меня подлечишь, милая Джуд, иначе на кой чёрт мы берём тебя с собой?
Сириус скрипнул зубами, и стопка, которую Азриэль взял в руки, под действием эфира выпала из его рук, забрызгав толстовку. Ромелла, тихо присоединившаяся к пьющим Фоксу и Иззи, рассмеялась вместе с ними.
— Очень по-взрослому, — Азриэль с осуждением покачал головой, расстёгивая толстовку и кидая её на диван, где недавно лежал Томас. — Следи теперь, чтобы я тебя не столкнул в расщелину какую-нибудь.
— А вот это точно очень по-взрослому...
— Так! — объявила Ромелла, хлопнув ладонью по столу. — Хватит сюсюкаться. Не заставляйте меня жалеть, что мы не согласились пить с техотделом.
— Они, кстати, были даже рады, — сказал Томас.
— Пошёл на хер, Томас, и спасибо за подсказку. Итак: я никогда не становилась пациентом, которому ставили кибернетический протез.
Томас сощурился, процедил какое-то ругательство. Ромелла победно улыбалась: очевидно, они с Иззи и Фоксом успели выпить больше, чем уследил Анубис, и уже не совсем понимала, что говорила. А может, как раз-таки понимала, но всё равно решила уколоть Томаса.
— Просто для справки: я не пьянею, — уточнил Имон, правой рукой взяв стопку с токсом. В небольшой, буквально в семьдесят миллилитров стопке, был розоватый, немного вязкий алкоголь, от которого шёл едва заметный пар. В Потоке было указано, что от токса, который производили на Асмандаре, люди быстро пьянели, а асмандарские шаманы при употреблении токса с ещё какой-то бурдой будто бы могли говорить с Многоликим, что Анубис считал выдумкой.
Но Имон был прав: из-за искусственно синтезированных органов и множества веществ, циркулирующих в его теле, он не пьянел.
— А я пьянею, — вдруг сказал Томас, протянулся через весь стол к нему и чокнулся с ним, — поэтому Ромелла и заговорила про протезы.
Под удивлённые взгляды остальных он быстро выпил. Анубис замер на месте, по правую руку от Джуд, и с опаской покосился на Томаса, который сидел рядом.
— Ну давай, Томас, — подначивала его Ромелла. — Пора бы.
Томас закатил глаза, но после нескольких секунд раздумий поднял ладони, которые тут же преобразились. Кожа медленно исчезала, будто отслаивалась по кусочкам, и под ней появлялись белые пластины, тонкие чёрные провода и модули, слабо светящиеся голубым. Анубис немного съехал вниз, когда Джуд попыталась перевалиться через него и рассмотреть ладони Томаса поближе. Анубис-то уже знал, что Томас давно пострадал, в результате чего ему обрубило руки точно по запястьям, но его попросили не распространяться об этом, и он молчал.
— Охренеть, — выдавил Фокс. — И давно ты киборг?
— С восемнадцати лет, — пожал плечами Томас.
— Тебе вообще сколько? — поинтересовалась Иззи.
— Двадцать пять.
— А как...
— Нет. Ни за что. Я ещё не настолько пьян, чтобы рассказывать трогательные истории из жизни. Катитесь в Бездну.
— Кстати, о Бездне, — подхватил Азриэль, пока мимикрирующий модуль вновь покрывал ладони Томаса, пряча протезы под слоями кожи. — Я никогда не был хотя бы на расстоянии десяти световых лет от Бездны.
Поначалу было тихо, только Ри едва слышно стучал кончиком хвоста по полу, пока Пайк вдруг не выпалил:
— Ну это издевательство какое-то... Кратвар же рядом!
— Знаю, мелкий. За Бездну!
Вместе с ними выпил Сириус, а также Ри, который после этого как ни в чём не бывало продолжил стучать хвостом по полу и пялиться в потолок. Пайк потянулся к мармеладу, который также выпросила Джуд у Томаса, и загрёб к себе целую гору.
— Давай, удиви нас, — сказал Азриэль, ожидании уставившись на Томаса.
— Знаешь, начну с чего-нибудь попроще. — Он выдержал небольшую паузу, обвёл всех задумчивым взглядом и, остановившись на Азриэле, чётко произнёс: — Я никогда не занимался сексом втроём.