— Я не следил. Просто заметил, как Холланд увёл Изабеллу. Чего он хотел?
— Мирового господства.
— С тобой вообще можно нормально разговаривать?
— А с тобой? — с улыбкой спросил Фокс, подперев подбородок кулаком. От того, как Ри нахмурился и сжал стакан в руке, внутри возросло мрачное удовлетворение. — Восемь дней, Ри. Я крайне разочарован тобой.
— Что?
— Ты восемь дней избегаешь Иззи.
— Никого я не избегаю, — проворчал Ри, после чего залпом опустошил стакан и с грохотом поставил его на стол. — Чего хотел Холланд?
— На свидание её пригласить, — со всей честностью ответил Фокс, мысленно уговаривая себя не улыбаться, чтобы Ри не понял, что над ним издеваются.
— Отлично. Ещё что-то?
— Возможно, предложить встречаться. Извини, решил не подслушивать. В отличие от тебя, — добавил Фокс особым тоном. — Зачем ты следил за нами?
— Не за вами. За ним.
— Зачем?
Ри поджал губы, злобно уставившись на Фокса. Он всё же улыбнулся, не удержавшись, и смог бы продолжать так весь оставшийся день, — да что там, он был готов сидеть напротив Ри, улыбаться и издеваться над ним до возвращения экспедиционного корвета, — если бы Ри не процедил сквозь зубы:
— Он странно пахнет.
— Пахнет? — искренне удивился Фокс. — Ну, знаешь, не очень-то вежливо так говорить. Может, он просто не успел принять душ…
— Это неестественный запах, — жёстче добавил Ри. — Не такой, как у людей.
— Многих ли людей ты перенюхал, чтобы понять это? Или у тебя фишка такая — приёбываться именно к расе?
— Не уходи от вопроса.
— Просто пытаюсь понять, с чего ты решил, что именно Холланд странно пахнет.
— У всех заклинателей эфира он пахнет по-своему, но не так.
— Может, как раз-таки этот запах и является запахом его эфира? — предположил Фокс, начав массировать висок. Честное слово, как будто он был бесплатным психологом, к которым детишки с «Бетельгейзе» прибегали за консультациями и даже не позволяли ему сделать перерыв между сеансами.
— В том-то и дело, что запах его эфира нормальный. Но есть ещё что-то, — намного тише добавил Ри, уперев локти в стол. — Нечто… гнилое. Неестественное. Не могу объяснить точнее.
— Или ты просто ревнуешь.
— Что?! — Ри так резко подскочил, что ударился коленями о стол, из-за чего подпрыгнули тарелки Фокса и несчастный стаканчик с кофе едва не вылился ему на хвост ещё раз.
— Ревность — это негативное чувство, когда тебе кажется, что…
— Ни хрена я не ревную! — рыкнул в ответ Ри. — Я даже понятия не имею, что это за дебильный человеческий термин!
— Тогда чего так прицепился к Холланду? Он, вообще-то, и с Джуд общается, и с Имоном.
— Джуд в состоянии защитить себя, как и Имон.
— Значит, просто хочешь защитить Иззи?
Фокс расплылся в довольной улыбке, поняв, что угадал: на лице Ри проступил румянец, уши опустились. Он резко поднялся, со скрипом отодвинул стул и ушёл, злобно бросив:
— Вали на хер, Фокс.
— Я тоже очень тебя люблю! — крикнул он на прощание, после чего добавил себе под нос: — Подростки, блять…
***
Мастерская, где разрешили обосноваться Пайку, была практически единственным местом, где Фокс мог появляться без предупреждения и разрешения Цуги, обычно контролировавшей каждый его шаг. На этаж, занимаемый техотделом, путь ему был закрыт. В оружейную — тем более, а в тренировочные залы можно было попасть только под ответственность Ромеллы Ортегор. В ангар Фокс сам не спускался, так как сесть за штурвал даже маленькой манты ему бы не разрешили. Всё боялись, что он угонит корабль или украдёт какое-нибудь оружие. Донован, конечно, не говорил об этом вслух, но Фокс и сам всё прекрасно понимал.
Тем не менее у него было достаточно много свободы, и Фокс вовсю ей пользовался. Появлялся везде, где мог, и пытался вписаться едва не в любое дело. Обычно всё, чем он занимался официально — это проходил миллион тестов у Клэр и тренировался с Ромеллой, так что теперь, когда той не было, приходило выдумывать себе хоть какое-то занятие.
Каждый день он встречался с Клэр ровно в час и почти два часа терпел её трёп, всевозможные вопросы и тесты, которые были практически главным условием его нахождения в «Нова Астре». До встречи оставалось всего ничего, так что Фокс решил заглянуть к Пайку, надеясь, что у него есть интересная сплетня или какое-нибудь непыльное дело. Всё было лучше чем рутина без разнообразия в виде ругани Ромеллы или сломанного носа Хейна.