На капитанском мостике остались только участники экспедиции, всех остальных капитан отправил заниматься делами в другое место. Ромелла крутилась в одном из кресел всё время, пока взволнованная Джуд рассказывала о произошедшем, и не остановилась даже после того, как все присутствующие удивлённо уставились на неё. Азриэль и вовсе побледнел, казалось, с каждым словом Джуд ему становилось только хуже. Ромелла приглядывалась к нему, пытаясь подгадать момент, когда надо будет вмешаться, но Азриэль довольно быстро взял себя в руки и молча уставился на капитана, ожидая его мнения.
— Одно дело — использовать эфир, чтобы повлиять на технику, с которой можно отправить сообщение кому угодно и куда угодно, — продолжил Донован, стуча пальцами по подлокотнику своего кресла. — Но чтобы напрямую с кем-то связываться...
— Типа, как телепатия? — брякнул Имон.
Сириус бросил на него убийственный взгляд.
— Сколько тебе, блять, лет, раз ты веришь в телепатию?
— Я спрашиваю, чтобы понять, похоже ли это на телепатию, — возразил ему Имон. — Уж извини, что у меня нет диплома специалиста по твоему долбанному эфиру.
— Ещё одно слово...
— Хватит! — повысила голос Джуд, даже руку вскинула, будто была готова остановить Сириуса силой, если тот решит броситься на Имона. — На телепатию это не было похоже, это точно. Скорее на... сон. Я уже видела такое пару раз.
— Как я видел тебя? — подал голос Азриэль, отчего-то уставившись на Джуд щенячьими глазами.
— Может быть, кто знает? Того, что ты видел, так и не случилось.
— Но я видел тебя с короткими волосами, как сейчас.
Ромелла помассировала виски, думая, что их бессмысленное обсуждение может затянуться вплоть до Пларозии. Азриэль не знал, как и почему эфир показывает ему какие-то образы, как и не знал, что означал недавний сон, после которого он проснулся со следами чужих рук на шее. Сейчас их уже не осталось — натренированный Джуд, он научился быстрее исцелять себя, чем любил похвастаться лишний раз.
— Зеро понял, где ты? — задал вопрос капитан, полностью проигнорировав переглядывания Джуд и Азриэля и их тихий, неизвестно с чего начавшийся спор.
— Не думаю.
— А где был он?
— Не знаю, — неуверенно ответила Джуд, — оглянувшись на Хейна, молча стоявшего возле главной панели и наблюдавшего за тем, как корвет следовал установленному маршруту в уменьшенном виде. — Только если у него нет своего человека в «Нова Астре».
— Исключено, все наши сотрудники — проверенные люди. К тому же о конечной цели экспедиции знал ограниченный круг лиц.
— А если эфир ему подсказал? — предположила Ромелла.
— Каким образом? — удивился Азриэль.
— Так же, как и тебе. Что, если Зеро тоже видит образы, или сны, называйте как хотите, и благодаря им понимает, что делать? Если бы эфир не принёс тебе образ Джуд, мы бы знать не знали об её существовании.
— Пока мы бы сами не вышли на вас, — добавил Хейн, повернувшись к ним. — Мы всё равно копали под Ортегора, уж точно как-нибудь вышли бы.
— О, сомневаюсь, силёнок у вас тогда было маловато.
Хейн закатил глаза, и Ромелла улыбнулась ему со всем очарованием, на какое была способна. Бесить его оказалось очень весело, и так как ничего интересного до сих пор не происходило, она решила не отказывать себе в этом маленьком удовольствии.
— Даже если предположить, что Зеро знает, где ты, — продолжил капитан как ни в чём не бывало, — и если ему до сих пор нужна ты, Джуд, ему всё равно потребуется время, чтобы добраться до нас. И нельзя исключать вероятность, что он элементарно потеряет нас, так как он может знать, где мы сейчас, но не куда направляемся и где будем через час или два.
— Он псих, может и на Пларозию сунуться, если поймёт, что мы там, — добавила Ромелла. — Точно ли нам не следует переживать?
— Сейчас мы всё равно ничего не можем сделать. Сосредоточьтесь на экспедиции, а я свяжусь с нашими людьми и узнаю последние новости по «Элизиуму».
Ромелла предпочла бы разрешить все неясности сразу, но спорить с капитаном не стала. Дождавшись, пока он отпустит их взмахом руки, она позволила Азриэлю увести себя с мостика и потащить на кухню.
— Хорошо же всё было, — бормотал он, не обращая внимания на членов экипажа, возвращавшихся на мостик, — чего он объявился-то?