Если это правда, то Ромелла разобьёт руки в кровь и истратит весь эфир, чтобы защитить брата и избавить его от страха, в котором он не признавался ей, будто боялся, что она посчитает его слабым.
Она не смогла бы сказать этого вслух, никогда не отличалась ни красноречием, ни элементарным умением выразить свои чувства, поэтому молча протянула к Азриэлю руку и сжала его ладонь. Светло-фиолетовые пальцы, всего четыре, сплелись с его бежевыми пятью — совершенно разные и то же время родные, которых Ромелла могла коснуться в любое время, чтобы почувствовать поддержку и взамен подарить её брату.
Даже если Зеро вновь будет наступать им на пятки, они справятся, в этом она ничуть не сомневалась. Скорее звёзды погаснут, чем Ортегоры сдадутся.
***
Манта, которая должна была опуститься на поверхность Пларозии, была целиком и полностью из кантрокса — совершенного материала, из которого также состояли специальные костюмы, надёжности которых Джуд, честно говоря, поражалась до сих пор. Тщательно изучив их эфиром, она поняла, что спецодежда и впрямь совершенна: это были не громоздкие костюмы, которые она видела в старых документальных фильмах, а нечто, будто бы выдернутое из её любимых видеоигр. Чёрно-белое, идеально подогнанное по фигуре, не стесняющее движений, с щитками и пластинами, прикрывающими грудь, плечи, бёдра и колени, и обладающее таким количеством проводков и мелких модулей во внутренней прошивке, что от попытки осознать предназначение и устройство каждого у Джуд начинала болеть голова.
К тому же, смотря в шлем, — тоже чёрно-белый, со стеклом, открывавшим лицо от лба до подбородка, — она понимала, что и впрямь видела это. Странная одежда была во сне, который приснился ей, когда они с Имоном и Хейном бежали из Эсто.
С каждой секундой ощущение дежавю, тяжестью оседающее в груди, становилось всё сильнее.
— Джуд? — позвала Ромелла, оглянувшись на неё. — Ты чего зависла?
Она подняла взгляд от шлема, который, оказывается, слишком долго вертела в руках, и посмотрела на Ромеллу. За стеклом её шлема виднелись завитки фиолетовых волос, выбившихся из низкого пучка, и будто бы звёздами мерцали такого же цвета глаза.
Джуд это видела.
— Дежавю, — шёпотом ответила она, вновь посмотрев на свой шлем. На переодевание Донован выделил им десять минут — более чем достаточно, чтобы надеть спецодежду и без чужой помощи, но Джуд, кажется, истратила на прислушивание к дурному предчувствию всё время. — Эфир волнуется.
— Сильно?
И как ей отвечать на этот вопрос? Эфир не шептал об опасности, не скрёбся внутри, точно когтистый зверь, запертый в клетке; лишь слегка ворочался, будто что-то мешало ему успокоиться, устроившись поудобнее, а что именно — он не понимал. Он всё ещё приносил отголоски чужих эмоций, распалял предвкушение Джуд и в то же время усмирял его скрытой тревогой Сириуса и особенно — Имона. Хейн, что ничуть не удивило её, волновался намного меньше, хотя особо и не соглашался на экспедицию, лишь не стал спорить, когда Донован выдвинул его кандидатуру. Его, казалось, вовсе не смущало, что его жизнь теперь зависела от заклинателей эфира, чего нельзя было сказать об Имоне.
Джуд видела его взгляд за мгновение до того, как они разошлись по разным помещениям, чтобы переодеться, пока манта медленно подбиралась к верхним слоям атмосферы Пларозии. Чистой паники было больше, чем уверенности, которую он так старался показать Азриэлю. Джуд было совестно, что Имона тоже потащили в экспедицию, хотя конкретно в этом её вины не было.
А ещё тревожно. Пока за иллюминаторами проносились неплотные облака, напоминавшие пух из разорванной в клочья подушки, перед глазами вспыхивали отдельные образы, за которые Джуд отчаянно цеплялась. Разрушения, парящие острова, силуэты людей, яркие огни, туннели, знакомые яркие глаза...
Стоп. Туннели?
Джуд не помнила никаких туннелей.
— Джуд, — вновь позвала Ромелла, — кончай гипнотизировать шлем, иначе мы тут застрянем до следующего года.
Она нехотя поднялась со скамьи и, следуя инструкции Ромеллы, которую та повторяла каким-то уж очень терпеливым тоном, надела шлем и порадовалась, что уши прижало не так сильно, как когда Джуд мерила его в первый раз. Она вовсе не хотела, чтобы потом они приклеились к её голове и навсегда остались такими. Не то чтобы Джуд очень сильно переживала из-за того, как выглядят её уши, но кое-кто говорил, что они, вообще-то, потрясающие...