Бредя по коридору к лестницам, он заглядывал в открытые залы, комнаты и складские помещения, ища хоть одного человека или горящий экран, благодаря которым понял бы, что это лишь неожиданный сбой в системе или ещё какая неприятность, которую легко решить.
Ничего не случилось. Всё в порядке. За Ри не тянется нечто, подобное призраку, чьи холодные пальцы то и дело пробегаются по его затылку. Он проверял — пусто.
База будто вымерла.
В закрытые помещения он попасть не смог, перезагрузить попадавшиеся на пути экраны тоже. У Ри не было никаких средств связи — Холланд запрещал приносить их на занятия, а Цуга утверждала, что в пределах базы они им не нужны. Это не было официальным правилом, Донован не приказывал им отказаться от всего, лишь говорил, что они и впрямь могут легко связаться друг с другом через Цугу, если в этом будет необходимость. Но Цуга молчала, и за прошедшие десять минут никак не дала знать, что в порядке.
Она сказала «Лайз» вместо «Тейт», хотя раньше никогда не ошибалась. Ри, в очередной раз зло царапнув экран неработающей панели возле какого-то зала, впервые так остро ощутил собственную беспомощность.
Звёзды далёкие, он не мог ни запустить программы, ни использовать эфир. Всё, что у него было, так это клыки и когти, от которых мало толку в темноте даже с учётом его острого зрения, когда он не знает, в чём проблема и где враг.
«Мистер Лайз», — гремело в мыслях, пока Ри быстро спускался по лестнице, решив добраться до мастерской, где торчал Пайк. Если сбой в системе затронул не только шестой этаж, вполне возможно, что тот застрял внутри и паниковал, не понимая, что произошло. Может, Ри повезёт и там же он наткнётся на Иззи и Анубиса. Ему совсем не нравилась эта тишина, будто на всей базе остался только он.
Стоило подумать об этом, как Ри услышал шаги. Тихие, но уверенные, звучащие где-то внизу. Всё ещё пахло мертвечиной, но даже сквозь неё угадывались нотки чужих запахов. Кровь, слёзы, пот, естественные людские запахи. Много запахов.
Едва способный дышать, Ри успел подняться на ступеньку обратно, как двери, ведущие на пятый этаж, распахнулись. Во тьме мелькнули поднятые стволы.
Время словно замедлилось. С каждым судорожным вдохом Ри необъяснимая тревога крала у него всё больше кислорода. То, что ещё мгновение назад было его телом, становилось пустой оболочкой, серой и безжизненной, как экспонат выставленной перед четырьмя незнакомцами, направившими на него оружие.
Вдох — ещё меньше кислорода. Кровь бежала по венам всё медленнее, и сердцебиение утихало. Ри будто умирал.
Вдох — под истончившейся кожей слабо вспыхивали и гасли голубые звёзды. Ри их видел, ощущал всем своим естеством. Не обжигающе горячие, способные испепелить, и не ледяные, сковывающие тело.
Вдох — и чувство, будто сознание ускользает, усилилось. Картинка перед глазами поплыла, фигуры смазались, слившись в одно сплошное чёрное пятно.
Вздох — и наступила тишина, из которой состояла Вселенная, вечная и глубокая, обволакивающая его, точно вторая кожа.
Она разбивалась под градом пуль, рвавших темноту тёплых объятий и спокойствия.
Ри рванул вверх по лестнице, успев получить пулю в плечо, остальные лишь немного зацепили, оставив царапины, или просвистели совсем рядом, подстегнув его. Он бежал, не осознавая происходящего, и преследователи бежали за ним, продолжая стрелять. Про практически онемевшее плечо Ри забыл через секунду, отдалённо ощущая, как острая боль рвала плоть, а кровь заливала одежду. Пули врезались в стены и ступеньки там, где секунду назад могли зацепить его.
Ри отчаянно хотел кинуться вниз, но ноги упрямо несли его вверх, на шестой этаж, где он мог бы выскочить на другой лестнице и спуститься обратно. Может, и впрямь повезёт и он застанет Пайка вместе с Иззи и Фоксом. Может, наткнётся на Анубиса или хоть кого-нибудь. Его не подстрелят ещё раз, ни в коем случае: тело, доведённое до состояния совершенства, не подведёт, как и эфир.
В тишине, охватившей его в то затянувшееся мгновение, Ри чересчур явственно ощутил давление эфира — это благодаря ему он оказался быстрее и сумел избежать пули в голову и сердце. Эфир воздействовал на его тело, и хотя Ри точно не знал, как, он знал, что это и впрямь случилось.