Селена чуть улыбнулась, кивнув. Землянка практически расслабилась, думая, что все неприятности прошли стороной. Как бы мне ни хотелось говорить дальнейшее, но это было необходимо.
– Однако, моя любимая дарье, – против воли в голос проскользнули рычащие нотки, а руки сильнее сжались на тонкой талии, – если ты, еще хоть раз, позволишь себе принять подобное решение без меня, подвергнув собственное здоровье риску и подставляя под угрозу наше совместное будущее. Клянусь, любимая, я перегну тебя через колено и отшлепаю по этой круглой заднице так, что неделю сидеть не сможешь.
Глаза Селены становились все больше по мере звучания моего обещания. Эту вредность нужно сразу предупредить о последствиях. Ума у девочки достаточно, чтобы понимать – это не пустая угроза, и в будущем следует, более обдуманно относиться к своим поступкам. Тем более сейчас, когда я готовился вывернуть весь Совет Валоры наизнанку и перетрясти как старое одеяло с паразитами.
Селена слегка дернулась, пытаясь слезть с колен и отскочить. Нет, хорошая моя. Никуда ты теперь не денешься. Ты моя со всех сторон. По законам почти всех известных миров. Притянув эту, слишком самостоятельную женщину ближе, вторую руку запустил в волосы, не давая убежать. Дарье слабо вырывалась, с беспокойством глядя на меня, обдавая волнами легкой паники. Правильно, ты знаешь, что мое слово – не пустой звук.
Наклонившись ближе, коснулся губами сжатых в сердитую, нервную линию губ дарье. Селена не хотела отвечать на поцелуй, пытаясь вывернуться. Ну, нет, конфликт исчерпан, и я желаю вернуть взаимоотношения на нормальный доверительный уровень. Не позволю запереться в обиде или недовольстве.
Притягивая к себе как можно теснее, провел рукой от поясницы по спине вверх, второй рукой медленно помассировав затылок. Давно заметил, что девочка неравнодушна к ласке этой зоны и задней части шеи. Крепко сжатые губы едва ощутимо дрогнули. Не смог сдержать легкую улыбку, продолжая ласкать и удерживать свое беспокойное счастье. Волны паники отступали, сменяясь предвкушением, наполняя воздух вокруг нас терпким, сладким ароматом желания. Пройдясь губами по щеке, коснулся уха, слегка прикусив мочку зубами. В ответ на эти действия уловил едва различимый вздох удовольствия. Попалась, вредина.
Следующий поцелуй был совсем другим. Настоящим.
Лени
Было очень, очень страшно показывать результаты своего поступка Нарину. Стоило валору отклеить край тейпа и увидеть рисунок, как его тело все одеревенело. Невозможно было понять, на меня сейчас бросятся с криками ярости или все пройдет спокойно. Валор делал судорожные короткие вздохи, все крепче сжимая руки на талии. В какой-то момент стало практически больно, все же у моего супружника силы немерено.
– Как?
Слушая короткое объяснение, Нарин потихоньку успокаивался, задумчиво глядя куда-то чуть выше моей головы в полумрак комнаты. Стоило признаться, что мне нанесли татуировки ради его спокойствия, как суровое лицо валора посветлело, и меня крепко прижали к твердому телу. Кажется, все прошло вполне приемлемо. Напрасно себя так накручивала и переживала. Все же муж у меня волшебный.
Однако следующая фраза Нарина разбила все очарование и спокойствие момента.
Он обещал меня отшлепать! Как школьницу! Нет, в чем-то он, конечно, прав – такие дела лучше сначала обсудить, но отшлепать!…
В порыве возмущения попыталась вывернуться из этих стальных объятий, но валор держал крепко, одной рукой за талию, вторую запустив в волосы, а хвостом поглаживая ногу под платьем. Ну, уж нет, меня так просто не проймешь! Угрожать он мне будет.
Попытки вывернуться против ожидания, привели только к более тесным объятиям. Нарин обнимал, целовал, прижимая к себе, не давая ускользнуть, отстраниться. Тело наполнялось теплом, быстрее разгоняя кровь. Глубокие, страстные поцелуи кружили голову, вытесняя всякое сопротивление, оставляя только удовольствие и желание получить больше.
Когда ладонь Нарина потянула подол платья вверх, в голове мелькнула немаловажная мысль, заставив отстраниться и чуть оттолкнуть валора. Нарин смотрел на меня своими сияющими глазами с расширенной радужкой. Губы валора против обыкновения потемнели и припухли от поцелуев, придавая супругу порочный и сладострастный вид. Все это ужасно отвлекало, мешая сосредоточиться. И все же, немного отдышавшись и прояснив голову, решила напомнить.
– Мне сегодня тебя…
– Нельзя. Я помню. Но это не значит, что я не могу целовать и обнимать свою дарье. Тем более, если это помогает ей справиться с неприятными ощущениями и переживаниями сложного дня, – спокойно произнес Нарин, притягивая к себе для очередного поцелуя. Да, они, и правда, помогают справиться со всем, эти поцелуи.