Если во взоре первого плескалась первобытная ярость, и он сразу бросился в атаку, то этот осторожно отступил, начал рассматривать меня, оценивая обстановку. Затем он словно что-то проговорил, его пасть раскрылась и закрылась, но так как я был оглушен, я ничего не расслышал. Да и плевать, вести переговоры с террористами смысла особого не имеет.
Вскидываю ружье, выстрел в глаз. Как и говорил Шамсиэль, пуля просто отскочила, черт. Отбросил ружье в сторону, если не пробило самое слабое место, то и с другими подавно не справится. Обнажил когти. Усмехнулся. Ну давай, порублю тебя на колбасу, кусок волчатины. Я метнулся сразу к нему под брюхо, так, куда можно ударить? Стремительно окинул взглядом, о, вот, щель между пластинами, когти пролезут спокойно. Я ударил в неё. Брызги крови разлетелись по моему лицу, опять, но, в общем, крови было меньше, чем у прошлого волка после выстрела, ранить его получилось не особо сильно. Мой следующий удар не достиг цели. Раз он стоял надо мной, а раз его уже нет, я не смог уловить ни единого движения. Мгновенное перемещение.
Ещё секунда и я уже нахожусь в полете, ощущая ужасающую боль в моей груди, он ударил меня лапой, а я даже не понял. Надо собраться, ускориться, чтоб я хотя бы был в состоянии различить его действия, блин. Концентрация на битве. Эта тупая тварь бьет меня, а я не могу ничего ей сделать! Да я ей на кусочки разорву!
Полет был недолгим, секунда, и я лежу на спине на лестнице. Сразу же вскочил. Злость на эту тварь захлестнула меня от кончиков пальцев ног до самой головы. Мои движения стали резче и заметно быстрее. Так он стоит напротив меня, готовится к броску. Теперь я был на его уровне, стоило только немного разозлиться.
Рывок снова в то же место под пузом. Попытка ударить, но не успел, он ушел с траектории, отпрыгнул назад по лестнице, черт. Быстрее, быстрее. Тесное помещение играет мне на руку, у него не так много пространства для маневров, хотя меня это тоже касается. Попробую задавить его яростью, пока он в смятении, и оценивает меня, осторожничает, ещё и немного ранен, кровь течет. Если бы он решил сражаться в полную силу, мне кажется, я бы уже был мертв, хотя может я и ошибаюсь.
Прыжок, удар, прыжок удар, я продолжал теснить эту тварь, нанося мелкие удары, и уворачиваясь от ответных. Бой походил на сражение против демоноидов, но даже после трех-четырех попаданий по нему, у меня присутствовало чувство, что я не в состоянии нанести ему какой-либо урон, крови совсем немного, словно от царапинок, дерется все ещё быстро, сил не теряет. И что же делать…
Бам, я снова отлетел, не успел увернуться, врезался в стену. В районе ребер что-то болезненно хрустнуло, изо рта невольно потекла моя собственная кровь. От собственной крови я же не исцелюсь, если выпью, хотя забавно было бы стать подобием уробороса. Пожирать собственную плоть, затем за счет неё исцеляться, восстанавливать эту же плоть, и так по кругу бесконечно. Сполз по стене вниз, надо встать, встать и драться, встать и драться!
Как же больно, как же болит живот, я не хочу умирать. А эта мразь смотрит на меня, и обнажила свои клыки, словно в подобие ухмылки. Да это она и есть! Он надо мной издевается! Эта сволочь издевается надо мной! Наслаждается моим беспомощным положением! Он осознает, что я уже ничего не смогу ему сделать, слишком силен был его удар. Спасения нет… Впал в отчаяние… Моя жизнь кончена. Враг начал медленно подходить. И я ничего не в состоянии сделать. Оказавшись на близком расстоянии, он ткнул меня лапой. От его толчка я отлетел ещё метра на два влево.
Я не слышал его смеха, поскольку все еще был оглушен, но его черное тело характерно задвигалось, словно в приступе. Ему понравилось выражения отчаяния и безнадежности на моем лице. ДА ОН СМЕЕТСЯ НАДО МНОЙ! ЭТА ТВАРЬ СМЕЕТ НАДО МНОЙ СМЕЯТЬСЯ! Кидает меня, как ему хочется, измывается. ДА Я ПОХОРОНЮ ЕГО ЗДЕСЬ! ОН БУДЕТ ЛЕЖАТЬ И УМОЛЯТЬ МЕНЯ О ПОЩАДЕ, А Я ПОГЛУМЛЮСЬ НАД НИМ!
Волк заметил перемену в моем лице, она ему не понравилось, чудовище желало увидеть отчаяние на моем лице, подскочил ко мне сразу, его морда метнулась к моей ноге, видимо, хочет откусить её.
Хотя почему же я назвал его чудовищем? Ведь настоящее чудовище здесь я. Я куда страшнее вшивой псины. Я ЕСТЬ УЖАС И СМЕРТЬ! А не он. На моем лице расцвела широкая улыбка. Я знаю, как выиграть.