Майор медлил и загружать в комм файл не спешил.
– Знаете, капитан, между прочим, вы обеспечили мне трибунал. Подаренный вам крейсер мне так просто не простят.
– Везет, – равнодушно сказал Димка. – Мне трибунал не грозит. Или вы серьезно считали, что они дадут мне дожить до суда? Может, еще и не знали, что было на стелсе?
Десантник отвел глаза. В ярко-желтых ящиках со знаком радиоактивной, химической и прочей опасности были невзрачные капсулы. Которые убивали человека минут за пятнадцать, а киборга часа за три. Пятнадцать минут было гуманней. Задачей десантной группы было поместить капсулы в распределительный узел вентиляции, который как раз был недалеко от офицерского отсека. Выставить таймеры и подождать две недели – за это время отрава распадётся на абсолютно безопасные составляющие – останется только прилететь, убрать биоматериал – и станция опять готова к работе.
– Я не заставляю, можете не передавать. – Димка очень устал. Сегодня был какой-то бесконечный день. – Но если решите передать, не говорите об этом вашему пассажиру, целее будете.
Десантник встал, шагнул под конвоем служебной шестерки к выходу, но на пороге замер, оглянулся и неожиданно сказал:
– Удачи, капитан.
Крейсер улетел. Последним в шлюз запихнули двух еще оглушенных семерок, принадлежащих азиату, точнее, DEX-компани. Себе их решили не оставлять. Димка посмотрел на вернувшегося Дэна и, поняв, что откладывать дальше некуда, спросил:
– Что в медотсеке?
Дэн помолчал, сверяясь с данными станционного искина, и доложил:
– Четверо тяжело раненных. Ника, Кира, Андрей и Кирилл.
Никой звали обожженную шестерку, которая лежала рядом с Мэттом на взлетной палубе.
– В криокамерах? – Димка кивнул своим мыслям. Что-то подобное он и ожидал. Хранить тело можно веками, ожидая, когда медицина шагнет вперед и научится возвращать тех, кто уже почти переступил грань. Только оставшиеся могут этого и не дождаться.
– Нет. – Дэн опять посмотрел куда-то вглубь себя и уточнил: – В криокамере только Кира. Остальные в реанимационных капсулах.
====== Глава 8 ======
– Ты уверен? – недоверчиво спросил Димка. Что такое реанимационный модуль, он знал: пришлось пару раз воспользоваться лично. Прозрачная капсула, способная поддерживать антигравитационное поле, вплоть до невесомости, обеспечивать полную стерильность воздуха и еще кучу всего умно-медицинского. Вещь дорогая, не в каждой больнице есть, но у них, благодаря графине, была – и не одна. Но если Андрей и Ника еще как-то вписывались в реанимационный модуль, то Кир – нет.
– Да, по данным из медицинского блока – именно так, а что тебя напрягает?
– Кирилл. С такими повреждениями не живут. – Димке очень хотелось попросить Дэна проверить информацию, а лучше самому пойти убедиться.
– Люди не живут, – согласился Дэн. – Но убить киборга из бластера можно либо совсем в упор, либо в голову. Я смотрел запись – Кир грамотно подставился. И тебя закрыл, и луч прошел краем.
– Грамотно – это когда семерку вместо себя подставил, – рассердился Димка. Он тут с ума сходит, а блондин в реанимационном модуле расслабляется. Про пилота парень старался не думать: раз в криокамере – значит, все плохо. – А чего он тогда у меня на руках отключился?
– Ты уверен, что он отключился? Может, просто сознание потерял? Все-таки повреждения серьезные.– Дэн пожал плечами. С его точки зрения, все было не так уж и плохо: потеряли одного, четверо тяжелораненых, могло быть сильно хуже. Хотя то, что ранены люди, плохо.
– А это не одно и то же?
– Нет, процессор отключается, когда функционирование уже невозможно. Ну, бывают еще краткосрочные перезагрузки, но не в этом случае.
– Ясно. – Димка поднялся. – Пойду, посмотрю, как они. Пойдешь?
– Подожди. Тут Джон тебе сообщение оставил. – Дэн посмотрел на начальника и голосом Джона сообщил: – Дим, иди спать. Все хорошо. Они в искусственной коме, сидеть рядом с ними не надо. Как придут в себя, позову. Спать иди, стимуляторов все равно не дам.
Димка усмехнулся: похоже, он предсказуем, как диван, если уж даже киборги могут просчитать его действия на три шага вперед. Но в одном Джон был прав – устал он смертельно, несмотря на то, что с момента, когда к ним прилетели гости, прошло не более двенадцати часов. Правда, прилетели они невежливо – после отбоя. И Димка, смирившись, пошел выполнять предписание врача.
Его каюта была еще занята, и капитан расположился на диванчике в офицерской кают-компании, почти сразу провалившись в тяжелый, без сновидений, сон. Проснулся часов через пять, заботливо укрытый одеялом и совершенно не выспавшийся.
На кухне, обхватив кружку руками, сидела Леночка. От привычной красоты не осталось и следа: лицо бледное, отекшее, под припухшими глазами – темные круги. Даже глаза непривычно выцветшие, постаревшие. Димка, добыв себе кофе, сел напротив.
– В первый раз всегда тяжело. Во второй обычно легче. – Парень решил не уточнять, как дела. И так видно, что хреново.
– Поверю тебе на слово. Проверять не хочется. – Девушка грустно улыбнулась. – Сегодня мы отбились, а что дальше, Дим?
– Лен, как только Джон даст добро, вы с Андреем улетаете со станции. Если хочешь, тебя можем и раньше отвезти. – Димка посмотрел на девушку с сочувствием. Он все понимал, но игры кончились: эти двое выжили чудом, и вряд ли у мироздания на полочке заготовлена еще тройка чудес на всякий случай.
– Нет, Дим, никуда мы не полетим, – помотала головой Леночка и покрепче ухватилась за кружку, как будто надеясь, что это поможет ей задержаться на станции.
– Лен, да послушай ты…
– Нет, это ты послушай, Королев! – вдруг сердито перебила Леночка, даже металлические нотки в голосе прорезались. – Ты уже все за всех решил! Ты думаешь, я не понимаю, почему ты нас гонишь? Все просто – ты решил, что все кончено. Ты – смертник. Собрал на станции космических камикадзе и принялся ждать врагов! Твоя главная задача – убедительно погибнуть. Королев, ты не прав! Надо что-то делать! Хватит плавать в бассейне и бить свою несчастную Ксю!
– Ну что делать, Лен? – устало поинтересовался Димка. – Ну, хочешь, я запущу маневровые, и мы начнем медленно и печально дрейфовать в сторону Земли. А на стенке, – Димка ткнул рукой в сторону стенки столовой, разрисованной веселыми пирожками и вишенками, к счастью, без гранат и растяжек, – напишем: «Бомба в кладовке», чтобы наши потомки не забыли, зачем летим. Если, конечно у нас раньше не кончится еда или нас не расстреляют.
– Дим, ты не прав. – Леночка шутку не поддержала, продолжая серьезно смотреть на начальника. – Такое ощущение, что ты только стрелять умеешь – и все! Тебя еще чему-то учили, кроме как головы сворачивать? Мы не в каменном веке живем, когда сильнее тот, у кого ракета ядерней. В наше время войны выигрывает тот, кто владеет информацией и имеет доступ к информационным ресурсам!
Димка хотел сообщить, что и телеграф захватить они не смогут, несмотря на наличие революционных киборгов (что-то такое он помнил из истории средневековья), но посмотрел на девушку и неожиданно передумал. Это было непривычно, но перед ним сидела не Леночка, голубоглазая красавица, ангел во плоти, мамочка младшей группы, и даже не лейтенант Ларсен, остановившая в одиночку диверсионную группу. Перед ним сидела Елена Дмитриевна, научный сотрудник, IQ выше среднего. У которой, помимо внешности, был еще и мозг. И которая умела этим самым мозгом пользоваться.
– Дим, очнись! – Девушка не дождалась ответа от начальника, который задумчиво её изучал, и предприняла еще одну попытку достучаться. – Ты подписал приговор не только себе, но и ребятам. Конечно, они тебе ничего не скажут – они боевые киборги, для них это норма. Королев, что ты творишь! Мало того, что эти мальчишки и так готовы за тебя погибнуть, так ты еще у них как хозяин прописан. Остановись! Хватит с нас одного Олега!