- Систему защиты на полную мощность! Оружие к бою!
На дисплеях внешнего обзора их корабль покрылся нанохитиновой броней. Даже сквозь стены на уши давил тонкий свист включившихся в работу накопителей энергии. Явно ускоряясь, навстречу кораблю двигалась неопознанная группа из семи орбитальных дронов. Попытку Флипа изменить орбиту по высоте и азимуту они повторили зеркально. Бортинженер подсказал нестандартное решение:
- Похоже, что они решили идти на кинетическое столкновение. У нас есть возможность опередить их таран встречным облаком воды из торпедного аппарата противометеоритной защиты.
Капитан посмотрел на дисплей: “Хорошее предложение, по времени успеваем! Работаем!” Заварзин включил подачу воды в аппарат. По штату эта линия подачи предназначалась для его промывки после использования, особенно при выбросе мусора с корабля. На сей раз ей нашли другое применение. Ёмкость заполнялась медленно, а движущиеся им навстречу дроны стремительно сокращали расстояние. Флип не выдержал:
- Хватит с них и этого! Сброс!
Заварзин нажал сенсор сброса. Гулко сработал пороховой аккумулятор давления, корабль взрогнул от тормозящего его импульса, и заряд воды, выброшенный в виде облака, со скоростью хорошего снаряда устремился навстречу атакующим. Едва капитан крикнул, что надо держаться, опережая себя, он резко, как истребитель, завалил корабль вниз и вправо. Дисплеи показали результаты их работы: врезаясь во внезапно возникшее перед ними облако, дроны неприятеля, искрясь и расцвечивая планетарную орбиту яркими вспышками, взрывались, как фейерверки. Экипаж ликовал:
- Вот вам доказательство превосходства нашего интеллекта над искусственным! Умылись?!
Конец этой фразы совпал с мощным ударом по корпусу корабля. На дисплеях под аккомпанемент сигналов тревоги высвечивались аварийные сообщения, корорые бортовой компьютер дублировал голосом: “Пробой корпуса в районе третьего отсека, утечка воздуха из основной ёмкости, повреждение контуров охлаждения маршевого двигателя, короткое замыкание в сети электропитания, переход на аварийный источник питания”. Экипаж переглянулся. Они отрабатывали аналогичные вводные на тренажёрах, но не все сразу, а в порядке их возникновения. При этом, они были виртуальными. Но здесь, на огромном удаление от своей базы надеяться на её помощь было бесполезно. Аварийный запас энергии не давал им возможности даже передать сигнал “SOS”, а утечка воздуха ограничивала время их пребывания на орбите до минимума. Капитан произнес эту фразу почти машинально, как требовала этого инструкция: “Срочно надеть скафандры! Идём на посадку!” Все отлично понимали, что здесь их ждёт неминуемая смерть, а там внизу полная неизвестность, и молили только об одном - чтобы у них хватило энергии тормозных двигателей, чтобы погасить скорость и сесть. Иначе - их корабль просто развалится и сгорит вместе с ними в атмосфере этой жуткой планеты. Корабль этого проекта считался одним из самых надёжных, и спасательные шлюпки даже не были предусмотрены. Да и зачем они, если характеристики корабля позволяют ему совершить посадку на любую планету с соизмеримой с земной гравитацией. Весь экипаж уже был готов: включили автономную систему жизнеобеспечения скафандров, приготовили заплечные контейнеры с “НЗ” и оружием, и старались настроиться на лучшее. Заварзин улыбнулся: