– Нет, я… что случилось? – шепчу я, когда Кент поворачивается и проверяет обстановку. Боже, он закрыл меня собой от выстрела! Меня! Своим телом!
– Ванбли выстрелил под ноги Хэйли. Всё хорошо, ты не ранена. – Он поднимает меня на ноги и отряхивает. Какой-то ужас происходит вокруг. Мужчины бегают, пытаясь утихомирить брата, снова выстреливающего в воздух. Женщины ругаются, пряча детей и заводя их в дом.
– Ты этого хотела, Дженна? – низким голосом произносит папа. Поворачиваю голову к нему.
– Я? Ты винишь меня в этом? – недоумённо переспрашиваю я.
– Канги, достаточно. Вы сами всё слышали, и у вас теперь даже нет оснований, чтобы искать вину Дженны во всём этом. Вы сами виноваты, – заступается за меня Кент. От этого лицо отца перекашивает, и он сплёвывает себе под ноги, как какой-то грязный оборванец.
– Зачем ты это делаешь? Зачем довёл всё до этой точки? – непонимающе обращаюсь к нему.
– Ты ещё мала, чтобы понимать всю серьёзность ситуации, Дженна. Да, Хэйли поступил подло, но и этот мужчина не лучше. Он не наш. Он чужой. И теперь, зная о том, насколько он богат, то он представляет угрозу для нас. Ты сама сказала, что Кент может купить всё это и приехал сюда не просто так. Ты же неглупа, чтобы поверить в любовь такого человека? Он хотя бы раз о ней говорил? Хотя бы чем-то это подкрепил? Или же пользуется тобой, как дешёвой девкой?
От яда, сквозившего в словах, я кривлюсь. Моё горло сдавливает от комка сухих слёз обиды.
– Всё бесполезно. Здесь всё бессмысленно. – До меня доносится тихий голос Кента.
Но я хватаю его за руку и прижимаюсь к нему, не позволяя даже такому забрать его у меня.
– Прости, папа, но именно ты сейчас принёс проблемы нам. Мне жаль, что именно так ты меня воспринимаешь, как глупую девку. Я была такой с Хэйли и лишилась денег, но это ничтожно в сравнении с отсутствием сердца. А у меня оно есть, но бьётся больше не для тебя, папа. Если ты не принимаешь мой выбор, то не принимаешь и меня, и все твои суждения о том, что нет ничего важнее душевного спокойствия и любви – ложь, – с болью отвечаю ему. Я вижу, что и ему больно, но даже сейчас отец хмыкает и кривится от отвращения ко мне.
– Пошли, Кент, здесь нам делать больше нечего, – горько заключаю я и тяну его в дом.
– Подожди, – он отпускает мою руку и быстро подходит к отцу.
– Кент, не надо…
Но он говорит ему что-то, я не слышу. Что-то короткое, отчего во взгляде отца вспыхивает радость.
Кент проходит мимо меня, даже не взяв за руку. И мне страшно. Я не знаю, что случилось сейчас, но в груди незнакомое чувство нечеловеческого страха, от которого я бегу за Кентом и останавливаюсь рядом, когда вижу дедушку, стоящего на крыльце.
– Ноши-Нуто, я приношу свои искренние извинения за то, что обманул и вас. Но я клянусь, что не хотел ничего плохого. Я лишь пытался жить, – словно через силу произносит Кент.
– Мальчик мой, я тебя ни в чём не имею права винить. Я видел достаточно, чтобы понять, что Дженна тебя простила и простит за всё. В борьбе за женщину любая уловка хороша, но, главное, не дай себе забыть, ради чего ты это сделал. В этом и есть смысл. Входите в дом, сейчас начнётся дождь, он смоет грязь и заметёт следы. – Дедушка кивком показывает на дверь.
Кент поднимается первым и, опустив голову, проходит мимо него, а я за ним.
– Прости, дедуль. Я… ты тоже во мне разочарован? Я… мне так жаль, правда, я…
– Моя ворона, ты всё сделала правильно. Не печалься и сейчас ты здесь не нужна. Есть человек, которому в данный момент ты должна помочь. Он на перепутье, не дай ему выбрать неверную дорогу. Я вас благословляю. – Дедушка показывает мне, чтобы я склонилась, и я это делаю. Он оставляет у меня на лбу поцелуй, а я едва сдерживаю слёзы. Как ему сказать, что даже то, что он слышал, обман? Как? Никогда. Ему никогда не признаюсь, что Кент это просто стечение обстоятельств, которые впервые стали решающими для меня.
Глава 29
Дженна
Когда я вхожу в дом, то все разговоры моментально прекращаются. Хотя и до этого они всегда были тихими, практически шёпотом. Я не вижу детей, скорее всего, их увели в другую половину дома. И я не вижу Кента. Последнее меня волнует сильнее.
– Он поднялся наверх, – подсказывает мама.
Киваю ей и направляюсь следом за ним. Сейчас я не готова обсуждать то, что случилось на улице. У меня нет сил оправдываться, объясняться или снова о чём-то врать. Я хочу поскорее разобраться с Кентом и уехать. Вряд ли оставшиеся дни будут приятными для нас обоих.