– Интересно. Один человек вызывал неподдельный ажиотаж в нашей семье. Давно такого не было. Хотя, я могу вспомнить, как пятьдесят девять лет назад у нас на ферме появился один очень наглый оборванец, и однажды я нашёл его в постели моей несовершеннолетней дочери. Ничего не напоминает, Гриндэй?
Довольно расплываюсь в улыбке, когда дедушка называет настоящую фамилию отца. Ведь он сменил её, чтобы угодить дедушке и остаться в живых.
– Ноши, это было давно, и я влюбился с первого взгляда в Токо. Это была судьба, и моя семья тоже занималась фермерством. Мы и познакомились на ярмарке, – бурчит отец.
– Но ты был чужим, напомню тебе. Как и жена моего сына. И вот вы оба здесь, под одной крышей, подарили мне восхитительных внуков, а они – правнуков. Вас приняли здесь. Никогда не забывайте об этом. Неважно какие крови смешаны в людях. Важно, какое сердце и разум.
– Ты лучший. – Подскакивая к дедушке, обнимаю его за шею и целую. Дедушка улыбается мне и похлопывает по щеке.
– Дженна, дорогая, зови Кента. У нас уже всё готово, и мы накрываем на стол, – из кухни выглядывает мама, специально называя меня «дорогой», как извинение.
Но я не буду продолжать ссору. Я выслушала их, обиделась и потом погорюю. Возможно, ночью пока никто не будет видеть. Кивая, отпускаю дедушку и передаю младшему брату коробку с приборами. Но как только собираюсь выйти в коридор, чтобы подняться на второй этаж, то вижу Кента. Чёрт. Надеюсь, он ничего не слышал. Но по его виду не поймёшь.
– Ужин, – произношу, натягивая улыбку.
– Отлично. Я проголодался. Надеюсь, не меня будут жарить? – говорит он так серьёзно, что меня это немного пугает.
– Кент…
– Будет некрасиво, если я буду стоять здесь весь ужин, – кривясь, он проходит мимо меня, а я тяжело вздыхаю. И это ещё один день не завершился. Что будет дальше?
– Дженна не сообщила мне, что мы сегодня празднуем. Она упоминала о торжестве, но из-за нашей постоянной занятости дело не дошло до обсуждений. Я могу ужинать так или мне нужно переодеться?
Чёрт!
Хлопаю себя по лбу и залетаю в столовую, придумывая, как спасти ситуацию.
– Сегодня нашей бабушке, жене нашего дедушки, исполняется восемьдесят пять лет, – сообщает Ванбли, а его гадкая улыбка даже у меня вызывает тошноту.
– Нет, это…
– Ох, простите, но я не знал. Она спустится сюда, и у меня нет подарка. Возможно, я мог бы как-то поправить ситуацию и пригласить вас в гости? Это будет хорошим подарком?
Жмурюсь и закрываю рот рукой, а мужчины с такой радостью наблюдают за унижением Кента.
– Это было бы очень странно, если бы моя жена пришла на ужин и спустилась в столовую, ведь я предал её душу и тело покою четыре года назад.
Кент бледнеет от слов дедушки.
Мне так жалко его, и я ничего не смогла сделать. Просто стою, как вкопанная, а все смотрят на него и довольствуются победой. Как так можно с ним?
– Простите, сэр. Примите мои искренние соболезнования вашей утрате и…
– Благодарю тебя, сынок. Думаю, ты будешь не против навестить её вместе со мной завтра утром?
Нервно улыбаюсь дедушке и благодарю его за то, что не дал Кенту, вообще, упасть духом.
– Я буду абсолютно не против, сэр. Для меня огромная честь познакомиться хотя бы так с ней через ваши воспоминания с важным членом семьи, – кивает Кент.
– Так, мужчины, разойдись! Лёгкая артиллерия! – весело кричит Кэя и входит с тарелками.
Её муж подскакивает к ней, как и другие мужчины, помогая расставить всё на стол.
– Прости меня за то, что не сказала тебе. Вылетело из головы, да и… прости, ладно? – шепчу я, отводя Кента в сторону.
– Да, тебе следовало мне сказать, что семейное торжество – это поминки, – сухо произносит он.
– Не поминки. У нас принято праздновать дни рождения усопших. Так мы благодарим их за время, которое они подарили нам, и желаем им новой успешной жизни. А в остальные дни мы вспоминаем их с теплом и любовью. Завтра организуем костёр, и дедушка расскажет о бабушке. Это происходит каждый год. Это торжество. Прости. Правда, я не пыталась тебя подставить. Я просто забыла из-за сумбурных последних дней. Я готова ещё сотню раз извиниться и убедить дедушку, что будет лишним ехать к бабушке на могилу. Потому что… – Дотрагиваюсь до руки Кента, но он дёргает ей и прячет в карманы джинсов.
– Я съезжу.
– Кент, тебе не нужно…
– Я же сказал, что съезжу. Разговор завершён. Помогу твоей матери тащить это блюдо. – Раздражённо передёргивая плечами, Кент обходит меня и предлагает помощь маме, выносящей блюдо с разделанными цыплятами. Коко несёт запечённую картошку и овощи. И я ещё надеялась, что они сейчас увидят, каким может быть Кент, но ему даже шанса не дали. Я тоже не дала. Это так гадко. Я подставила его, и теперь он будет меня ненавидеть.