Наконец, шорох прекратился. Я выждал ещё несколько секунд, прежде чем повернуться. Передо мной стояла Сэл, плотно закутанная в одеяло, с опущенным вниз смущённым взглядом. Капли воды блестели на её мокрых волосах.
В этот момент она казалась особенно хрупкой и беззащитной. Я улыбнулся своим мыслям, которые против воли возникли в моей голове, и быстро вернул себе самообладание. Я не какой-то извращенец, чёрт бы его побрал.
В итоге, ничего более дельного для нашего случая, я не нашёл, и нам пришлось согреваться своими силами. Мои руки были ледяными, но я не показывал того, что тоже замёрз.
Устало усевшись на пол около пустующего камина, я опёрся о стену и прикрыл глаза. Наступила ночь и было неизвестно, сколько нам придётся тут торчать.
Но, вероятнее всего, до самого утра. В такой темени ничего не увидишь, да и дождь льёт слишком сильно. Остаётся ждать рассвета.
— Угораздило же меня попасть в такую ситуацию…, — бормотала себе под нос Сэл, расхаживая около меня туда-сюда.
— Ты уже ничего не изменишь. Это произошло.
— Да? Серьёзно? А то, что в этом виноват ты, тебя нисколько не смущает? — слегка повысив голос, проговорила Селена.
— А я тут причём? — продолжая сидеть с закрытыми глазами, спросил я.
— Хочешь сказать, что ни при чём? Кто сбил меня с толку? Кто отчаянно доказывал мне, что помнит дорогу назад? В итоге мы запутались в дорожках и свернули не туда! Ещё и телефон оставила у Нэл, как назло!
Она подошла ближе ко мне, хмуро глядя сверху-вниз. Приоткрыв глаза, я с вызовом взглянул на неё, принимая её обвинения. Если ей станет от этого легче — что ж, пускай виноватым буду я.
— Твой телефон хоть ещё живой? Может, связь появилась, посмотришь? — слегка остыв, попросила Селена, усаживаясь рядом со мной и мирясь с тем, что попали в эту ситуацию.
Достав мобильный, я включил его. Заряд в процентах показывал пятнадцать. Значит, скоро сдохнет. Связи по-прежнему не было. Приподняв его чуть выше, я попытался поймать сеть, если это возможно.
Увидев заветные две палочки сети, я быстро набрал Тэю в надежде, что он ответит. Пошли гудки, а затем сброс.
Я не стал перезванивать, чтобы сохранить проценты на телефоне, и смог только отправить ему наше местоположение, прежде чем связь снова пропала.
— Что ж, будем надеяться, что до него дойдёт сообщение и они найдут нас, — подытожил я, убирая смартфон обратно в задний карман штанов.
После того, как волнение улеглось, Селена, к моему удивлению, прилегла, устроившись у меня на коленях и укутавшись в плед. Наши взгляды встретились. Она долго смотрела на меня, словно собираясь с мыслями. Первым отвел взгляд я, откинувшись назад и прикрыв глаза.
Воздух наполнился плотной, осязаемой тишиной, нарушаемой лишь далеким завыванием ветра. Я ощущал ее тепло сквозь одежду, ее дыхание было ровным и безмятежным, как у спящего младенца. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди.
Я не знал, как поступить или что сказать. Любое слово казалось неуместным, любая попытка нарушить эту хрупкую гармонию — святотатством. Я просто лежал, стараясь дышать незаметно, боясь пошевелиться, боясь разрушить этот мимолетный миг единения.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она пошевелилась. Селена приподняла голову и снова посмотрела на меня, в ее глазах читалась невысказанная мольба.
— Прости, — прошептала она едва слышно, и уткнулась лицом мне в колено. Я почувствовал, как мои щеки заливаются краской.
Я медленно опустил руку и осторожно коснулся её волос. Они были мягкими и шелковистыми. В этот момент я понял, что готов на все, лишь бы этот момент длился вечно.
— За что ты извиняешься? — прошелестел мой голос в тишине этой комнаты.
— За то, что разозлилась на тебя. В этом нет твоей вины. Это из-за меня мы заблудились. Если бы ты не пошёл за мной, может…, — она недоговорила, когда я прикоснулся пальцем к её губам.
— Прекрати винить во всём лишь себя. Если бы я знал, что всё так произойдёт, я всё равно бы пошёл за тобой. И ты ничего бы с этим не поделала.