— Та девушка, которая застала нас с Юн-Хён. Мы случайно зашли в её вип-комнату, — объяснил я и поймал себя на мысли, что хочу познакомиться с ней поближе.
Тэян посмотрел на девушек, и на его лице отразилось сильное удивление, словно он узнал одну из них. Однако он быстро вернул себе маску безразличия.
— Хочешь, подойдём и познакомимся? — словно прочитав мои мысли, предложил Тэй. Я кивнул и встал, но не успели мы сделать и пары шагов, как к девушкам подошли двое молодых людей.
Между ними завязался разговор, и когда девушки покачали головами, видимо, отказываясь от их предложения, один из парней схватил первую за руку, а второй обнял её подругу, потянув в сторону лестницы на второй этаж, очевидно, к вип-комнатам. Девушка, с которой я уже был частично знаком, слегка ударила по лицу того, кто её удерживал. Вторая, очевидно, не могла защитить себя или просто была очень напугана, она пыталась отстраниться от парня, но безуспешно.
Тэян шумно выдохнул и, не дожидаясь, что произойдёт дальше, быстро направился к ним, расталкивая на ходу людей, которые преграждали ему путь. Выглядел Тэян очень злым, будто узнал кого-то из этих отморозков. Я рванул за ним, готовясь к тому, что всё это закончится дракой. И это не есть хорошо.
Девушка, которая застала нас с Юн-Хён, посмотрела в нашу сторону, и в её взгляде я прочитал мольбу о помощи. Она была очень напугана, но старалась этого не показывать.
Сжав руки в кулаки, я стремительно приблизился к её обидчику и с силой оттолкнул его от неё. Тэян же жёстко ударил второго в лицо, и тот упал, схватившись за сломанный нос, из которого моментально хлынула кровь.
Прикрыв собой девушек, мы переглянулись и стали ждать, когда те поднимутся. Как только они встали, один из них резко выкрикнул ругательства в мой адрес и набросился на меня, а я, замешкавшись на девушек позади, получил удар по лицу.
«Отец бы меня жёстко наказал за такой промах в драке», — пронеслось у меня в голове. Разозлившись, я вытер рукавом разбитую губу, изкоторой уже стекала кровь, и в ответ напал на этого негодяя, ловко скрутив ему руки за считанные секунды (уроки хапкидо и тхэккён не прошли даром, за что я благодарен нашему родоначальнику). Однако первый удар, к сожалению, по своей оплошности, я всё же пропустил.
Тэй уложил второго, грубо ударив его несколько раз по лицу. И когда он вновь занёс кулак для очередного удара, мы поняли, что музыка стихла. На нас смотрел весь клуб, в том числе и мой самчхон*, недовольно наблюдавший за всем со второго этажа. К нам подбежали Юнсо с Джуном, обеспокоенно осматривая нас на наличие каких-либо повреждений.
Оттолкнув от себя Минджуна, который мельтешил рядом, я молча подал руку Тэяну и помог ему подняться. А охрана увела тех двоих из клуба. Поймав мой озлобленный взгляд, дядя кивком головы указал в сторону своего кабинета, приглашая для приватного разговора. Обернувшись к девушкам, я посмотрел на ту, что стояла за моей спиной, и тихо спросил, в порядке ли она. Она кивнула, спросив о том же меня, но я лишь слегка улыбнулся, игнорируя боль после драки, и направился прямиком к дяде. Тэй и остальные последовали за мной.
Когда мы вчетвером вошли в кабинет, дядя, не проявляя никаких эмоций, окинул нас взглядом и сел в своё роскошное кожаное кресло. Мы, заложив руки за спину, стояли перед ним, ожидая, когда он заговорит. Закурив сигару, он произнес:
— Да, не ожидал от вас такого. Вы меня очень подвели, устроив этот беспорядок в моём клубе, — он сделал акцент на последних словах. Прежде чем кто-либо успел возразить, он поднял руку, не давая нам прервать его, и продолжил:
— Пак Хёнджин, я знаю тебя много лет, но никогда бы не подумал, что ты будешь применять свои навыки не в том месте. Твой отец хорошо позаботился о твоём обучении и уроках хапкидо, отправив тебя в лагерь, в этом я убедился. Но ты должен был запомнить фразу, которой вас там научили: "Прежде чем махать кулаками, попробуй решить конфликт словами".
Он пристально посмотрел на меня, и я с достоинством выдержал его взгляд. Кивнув, дядя дал понять, что готов выслушать меня.
— Сонсэнним*, я понимаю, что сделал, и осознаю свою вину. Я готов принять наказание с полным смирением и достоинством, — я опустил голову и не смел взглянуть на него. Дядя встал и медленно подошёл ко мне, в то время как остальные, словно провинившиеся мальчишки, молчаливо смотрели себе под ноги.