Я подвинула к ней тарелку с завтраком и чуть улыбнулась. Она слегка удивлённо подняла брови, словно спрашивая, что случилось. Я приготовилась поделиться с ней радостной новостью.
— Не может быть! Это же прекрасно! — воскликнула Нелли и, вскочив со стула, крепко обняла меня.
— Я так счастлива! Я так переживала. Боялась, что ему станет хуже, ведь Джонни был ему дорог так же, как и мне, — сказала я с грустью в голосе.
— Да, я понимаю. Я сама теряла своих питомцев. Но давай не будем сейчас о грустном. Так что всё, быстро завтракаем и едем к твоему папе, — воодушевлённо произнесла Нелли и села на своё место, взяв вилку.
После завтрака мы торопливо собрались и вышли на улицу, где столкнулись с Тэем и Хёнджином. Они стояли около своих машин и поглядывали на часы.
Взглянув на Нелли, я сразу поняла, что это она написала Тэю и сообщила ему новость. Тяжело вздохнув, мы подошли к ним.
— Присаживайтесь, мы отвезём вас в больницу, — предложил Тэян, указывая на машины.
— Спасибо, но, думаю, мы сами… — начала я, но замолкла, когда Нэл резко толкнула меня локтем в бок.
— Большое спасибо, вы очень любезны, — улыбнулась Нелли и торопливо подтолкнула меня к машине Хёнджина.
Он всё это время молчал, только смотрел на меня опустошёнными глазами. Я старалась не встречаться с ним взглядом. Как бы плохо и больно мне ни было, я ещё не была готова доверять ему. Несмотря на то, что в тот вечер нуждалась в нём.
Под пристальным и серьёзным взглядом Нелли я смирилась и подошла к машине Хёнджина. Он галантно открыл мне дверь, и я села. Затем, ничего не говоря, сел на водительское место и выехал со двора.
Некоторое время в машине стояла тишина, только тихая музыка играла на фоне. Хёнджин нервно сжимал руль, боясь посмотреть на меня. Я смотрела в окно, полностью погрузившись в свои мысли.
— Как ты? — спросил он тихо и размеренно спустя мгновение.
Я ответила одними губами, взглянув на него:
— Нормально.
Он не ответил, лишь крепче сжал руль. Между нами словно снова возникла огромная пропасть, которая становилась всё глубже. Я не знала, что теперь будет между нами. И стоит ли продолжать всё это?
Но сейчас самое важное для меня — это отец. Я должна беспокоиться только о нём. Остальное подождёт. А может быть...
— Я рад, что твоему отцу стало лучше. Надеюсь, он скоро поправится и вернётся домой, — сказал Хёнджин с уверенностью, поворачивая на перекрёстке направо.
Я откинулась на спинку сиденья и продолжала смотреть на его профиль. Он выглядел напряжённым. Казалось, его что-то беспокоит и волнует. Хотя, кажется, я знаю, что...
— Хёнджин..., — прошептала я.
— М? — спросил он, наконец, посмотрев на меня, когда остановился на светофоре.
— Спасибо, что был рядом тогда. Я очень благодарна тебе. Не знаю, как бы я справилась с этим одна...
— Я всегда буду рядом, Селена. И никогда тебя не оставлю, — неожиданно ответил он, и я заметила, как расширились его зрачки. Я мягко улыбнулась ему.
— Селена, я понимаю, что сейчас, вероятно, не лучшее время для… — начал Хёнджин, но я сразу же прервала его, отвернувшись от него и сменив тему.
— Зелёный свет. Пора ехать.
Хёнджин несколько секунд смотрел на меня в недоумении, а потом сокрушённо усмехнулся и нажал на педаль газа. Он понял, что я не хочу говорить на ту тему, связанную с ним и Глорией.
Когда нам оставалось несколько километров до больницы, телефон Хёнджина зазвонил, и он сразу ответил, поставив звонок на громкую.
— Слушаю, — бросил он, даже не посмотрев, кто звонит.
— Хён! Наконец-то ответил! А то совсем пропал! Тут такое творится! — послышался взволнованный голос Минджуна, и я нахмурилась.
— Что случилось?
— Твой отец хочет вернуть тебя и осуществить задуманное, — ответил Минджун и выругался на корейском.
Хёнджин повторил за ним, зло стукнув по рулю, и бросил на меня быстрый взгляд.
— Он с Юн-Хён всё никак не успокоится? — спросил Хёнджин, и в его голосе прозвучала сталь.