Взгляд Хёнджина потемнел, его лицо перестало быть таким знакомым и родным. Он слегка ослабил хватку, но всё ещё не отпустил меня.
— Ты правда хочешь, чтобы я уехал? — его голос стал ниже и грубее.
Он смотрел мне в глаза, ища в них ответ на свой вопрос. Всем своим сердцем и душой я хотела крикнуть «Нет», но разум не позволял мне этого сделать, напоминая о том вечере, когда он был с Глорией...
Я тряхнула головой, отгоняя воспоминание, и попыталась придать своему голосу твёрдость, а лицу — серьёзность.
— Хёнджин, пожалуйста, не надо... — начала я, но он перебил меня.
— Нет, Селена. Скажи мне это прямо в лицо, — произнёс он с обречённостью в голосе. — Ты действительно хочешь, чтобы я уехал? Тебе станет от этого легче? — продолжал напирать Хёнджин, а я не могла произнести ни слова.
Мне следовало сказать: «нет», но язык не слушался меня, будто в самый ответственный момент решил онеметь.
Хёнджин отпустил меня и отошёл на несколько шагов, продолжая смотреть на меня.
— Ответь мне, Селена! — не выдержав, выкрикнул он.
— Да! — крикнула я в ответ, сама, не ожидая от себя такого порыва.
Хёнджин замолчал, и его взгляд был полон печали. Кажется, это окончательный конец… И я обязательно буду винить себя во всём и проклинать.
Спустя несколько секунд Хёнджин неожиданно улыбнулся мне и сказал:
— Как пожелаете, моя госпожа. Я исполню вашу волю. Желаю вам быть счастливой, — проговорил он, прощаясь, и направился к своей машине.
В груди у меня всё сжалось, и я схватилась за сердце. Почему так больно? Больнее, чем то, что я видела в тот вечер. Ноги не держали меня, и я прислонилась к одной из колонн здания.
Неужели это произошло? Теперь он больше не появится в моей жизни? И снова не сдержит обещание, данное моему отцу?
Я смотрела, как он выезжает с парковки, и не могла заставить себя догнать его и остановить. Какая же я дура! Что я наделала? Я только что потеряла свою настоящую любовь! И всё по своей вине!
Позади послышались голоса Тэяна и Нелли. Они вышли из больницы, о чём-то беспокойно разговаривая, и подошли ко мне.
— Селена, всё хорошо? Что с тобой? — забеспокоилась Нелли, обнимая меня и не давая упасть.
Тэян смотрел вслед уезжающему автомобилю Хёнджина, и по его взгляду я поняла, что он догадался о его решении.
«Хёнджин... Боже, я пожалею о том, что сделала», — пронеслось у меня в голове, и я внутренне приготовилась к тому, что должно было произойти.
***
На спидометре стрелка уже достигала 165 км/ч, но мне было все равно. Я желал поскорее добраться до дома, собрать вещи и уехать, черт возьми, подальше отсюда.
Я устал. Мне надоело это всё. Слишком много сил и нервов было потрачено, чтобы добиться хотя бы каплю её благосклонности. Слишком долго мне приходилось терпеть все её метания между ненавистью ко мне и любовью.
На небе появились первые тучи, и я ускорился. Даже погода олицетворяла сейчас всё, что творилось в моей душе. Я не понимал, почему девушки всегда все усложняли. Для чего? Им нравится изводить нас, мужчин?
— Дерьмо! — выругался я, грубо ударив рукой по рулю.
Впереди замаячил зелёный свет, предупреждая о скором появлении запрещающего красного, но я не собирался стоять. Прибавив газу, я хотел проскочить на красный, но в последний момент заметил летящую машину скорой помощи и вдавил в педаль тормоза, от чего автомобиль издал неприятный звук, а шины оставили после себя след.
Остановившись, мне просигналила скорая, проезжая практически в сантиметрах от капота моей машины. Тяжело выдохнув, я положил голову на руль, мысленно ругаясь на корейском. Ещё убиться не хватало.
Сделав несколько вдохов, я поднял, наконец, голову и взглянул в зеркало заднего вида.
— Ладно, Селена. Раз ты так хочешь, чтобы я исчез из твоей жизни, я это сделаю, — последнее, что я произнес вслух и поехал дальше, как только загорелся зеленый свет. Я уеду.
Ведь она это пожелала…
ГЛАВА 28. СЕЛЕНА
Я сидела на кухне своего отца и смотрела в одну точку, полностью отделившись от реальности. Нелли металась по кухне в поисках успокоительного. Тэян отправился за Хёнджином, но обещал позвонить и сообщить о результатах, как только решит вопрос. Я глядела в стол, нервно барабаня пальцами по его поверхности.