— Груб? Я сказал то, что думал. Ты мне неинтересна, — язвительно произнёс Хёнджин, не желая вспоминать тот день и пытаясь уйти, чтобы закончить разговор.
Но я снова схватила его, умоляюще глядя в глаза и прося выслушать. Он недовольно выдохнул и двумя пальцами коснулся переносицы.
— У меня есть кое-что для тебя. В качестве извинения, — сказала я с лёгкой иронией, пытаясь увести его к выходу из зала.
— Что именно?
— Увидишь.
— Я никуда не пойду, пока ты не скажешь, — сухо бросил Хёнджин, демонстративно останавливаясь.
Я раздражённо фыркнула и попыталась изобразить улыбку.
— Это касается Селены. Больше я ничего не могу сказать. Пойдём, — сказала я, пытаясь увлечь его за собой. Я вновь потянула его к выходу.
Он наконец сдался и неохотно последовал за мной. Когда мы вышли на улицу, я мысленно приготовилась к худшему. Небо потемнело, и через несколько минут начался мелкий дождь. Прекрасно. Теперь моему платью придёт конец. Как и всему внешнему виду…
Я вела Хёнджина через корпуса университета, оглядываясь назад, чтобы успеть подать знак Яну. Он должен был по моему сигналу найти Селену и привести её сюда. Конечно, мне пришлось постараться и убедить Яна, что это будет сюрпризом для его возлюбленной. Но она даже не подозревала, какую боль принесёт ей этот сюрприз.
Когда мы оказались между двумя зданиями, я остановилась, незаметно махнув рукой и подав знак Яну, чтобы тот начал действовать, и посмотрела на Хёнджина томным взглядом. На его лице сразу отразились злость и сожаление о том, что он вообще согласился пойти за мной. Но было уже поздно.
— Хёнджин, мне нужно с тобой поговорить, — начала я, но он грубо прервал меня, подняв руку.
— Стоп! Я не собираюсь с тобой разговаривать, Глория. Зачем ты меня сюда привела? — яростно спросил он, и в его глазах вспыхнуло раздражение.
— Потому что по-другому я не могла с тобой поговорить! Дай мне сказать, наконец! Я долго держала это в себе, — не выдержав, крикнула я, когда в небе прогремел гром и усилился дождь.
Хёнджин недовольно закатил глаза и прислонился к стене здания, жалея, что вообще пошёл за мной. Я мельком бросила взгляд в сторону, заметив мелькнувшие силуэты Яна и Селены.
А после не теряя времени, я схватила его за лацканы пиджака и прижалась к нему всем телом. Хёнджин сделал глубокий вдох, готовый оттолкнуть меня.
— Хёнджин, ты мне действительно нравишься. Я хочу быть с тобой. Уверена, мы будем идеальной парой, — сказала я, пытаясь достучаться до него. — Но почему-то ты выбрал эту скромную тихоню. В ней нет ничего интересного. Чем она лучше меня? — продолжила я настаивать и увидела, как Хёнджин не выдержал и бросил на меня сердитый взгляд.
— Чем лучше, говоришь? Тем, что она не пытается привлечь внимание парней, одеваясь вызывающе и не виляя бёдрами при каждом шаге. Она не красится тоннами косметики, чтобы выделиться и привлечь взгляды. И она не ведёт себя как капризный ребёнок, которому не купили новую игрушку, — сказал он без капли жалости.
Я была ошеломлена его словами и не ожидала такой грубости. Очередной. Он снова унизил меня. Даже не попытался смягчить тон. Ну что ж. Значит, пришло время для плана «Б».
Через мгновение я криво улыбнулась, принимая неизбежное, и прошептала:
— Раз ты не достался мне, Хёнджин... Значит, не достанешься никому, — нагло прошептала я и, бросив взгляд в сторону, увидела Селену, выходящую из-за угла. Я моментально притянула Хёнджина за пиджак и впилась в его губы своими.
Хёнджин озадаченно промычал что-то нечленораздельное, и я попыталась углубить поцелуй. Мне хотелось, чтобы Селена увидела, как страстно мы целуемся. Чтобы она почувствовала боль от очередного предательства.
Во мне кипела злость и отчаяние. Я хотела сделать больно, даже не понимая, зачем и почему.
Хёнджин, быстро придя в себя, оттолкнул меня и вытер губы краем пиджака. Он словно почувствовал, что за нами наблюдали, и стал оглядываться по сторонам. А я с торжествующей улыбкой отступила от него, скрестила руки на груди и злорадно рассмеялась.
— Что ты сделала? — медленно протянул он с подозрением, уже догадываясь, что я отвечу.