Разноцветные струи, вырывающиеся из установки, играли на фоне ночного неба, добавляя этой атмосфере нотку романтики. Я почувствовала, как сердце забилось быстрее, а в воздухе царила лёгкость и умиротворение. Хёнджин подошёл ко мне ближе и тихо улыбнулся, а его глаза светились возбуждением.
Он предложил мне подойти ближе, прям к самому краю, к перилам, и, чувствуя магнетизм этого места, я шагнула вперёд. Брызги воды касались моего лица, принося прохладу в тёплую ночь.
Хёнджин мягким, бархатным голосом рассказывал о том, как этот мост стал символом города и его душой. Как спокойно сюда приходить и наслаждаться этим завораживающим видом.
Наш разговор плавно перетекал в шутки, и я начала чувствовать, что этот миг будет одним из самых запоминающихся в моей жизни. Я подняла голову и увидела, как звёзды мерцают над нами, напоминая, что в мире есть волшебство, стоит только уметь его исповедовать. Всё вокруг напоминало о том, что главное – это моменты, которые мы разделяем.
Вздрогнув от прохладного ветра, я приобняла себя за плечи, а Хёнджин без раздумий снял с себя, уже так привычный мне, пиджак и накинул на мои плечи, словно укутывая. Я неосознанно вдохнула запах, исходящий от него и прикрыла глаза. «Так вкусно пахнет» - подумала я.
— Спасибо тебе, Хёнджин, - тихо, не беспокоя эту атмосферу, прошептала я.
— За что, Селена? – так же тихо ответил он мне.
— За то, что помог вчера нам с Нелли и вступился вместе с Тэяном за нас. За то, что подвезли до дома. За то, что пригласили на это мероприятие. За то, что, не спрашивая ни о чём, одолжил мне свой пиджак в лифте, когда я нервничала. И за то, что привёз в такое удивительное место. Для меня это многое значит, - я смотрела вперёд, боясь взглянуть на него и увидеть на его лице эмоции, которые могут мне не понравиться.
Хёнджин молча усмехнулся, опёрся на перила и глядел вдаль, уходя от реальности в себя. А я подошла ближе к нему. В такой момент не хотелось говорить, лишь молча смотреть на будоражащий вид. Взявшись руками за перила, я вдохнула свежий воздух, пропитанный этим моментом, который навсегда отпечатается в моём сердце.
В порыве эмоций, что безудержно захлестнули меня, моя рука коснулась руки Хёнджина, и он чуть вздрогнул от неожиданности. Взглянув на меня, он слабо улыбнулся и накрыл своей рукой мою. Теперь уже не просто коснулся.
Моё дыхание участилось, а сердце забилось с удвоенной силой. Мир вокруг как будто исчез, остались только мы и несказанная энергия между нами.
Я отчаянно пыталась совладать с эмоциями, но они накатывали, как волны на берег. Хёнджин, казалось, чувствовал тот же порыв – его взгляд светился, и на губах играла робкая улыбка. В тот момент я поняла: наше молчание – это тот самый язык, который больше слов говорит о зарождающихся чувствах и притяжении.
Ветер легонько трепал наши волосы, создавая ощущение сказки. Я увидела, как он приоткрыл губы, будто собирался что-то сказать, но потом сдержался.
Это была игра, которую мы оба понимали, но страх что-то разрушить сковывал нас. Никто не решался сделать первый шаг. Да и правильно это, ведь мы знакомы всего два дня. Но как же хотелось переступить через эту черту «неправильности».
Я ощутила, как его рука чуть сильнее сжимает мою, и в моём сердце пробудилась надежда. Неужели он всё-таки решится?
— Селена, можно..., - неуверенно начал он и замолчал, поджав губы. Я видела, как сильно он колебался.
Моё сердце стучало так быстро и сильно, что, казалось, было слышно за несколько километров. Наконец, он плавно наклонился ко мне, почти невольно, и я ощутила его дыхание — лёгкое и горячее. Я замерла в ожидании, словно всё окружающее вокруг нас сужалось до этого единственного мгновения.
— Могу я..., - прошептал он мне почти в самые губы и я, решившись на этот шаг, просто кивнула и закрыла глаза, пытаясь справиться с бешено колотящимся сердцем.
Он осторожно приблизился и, лишь на секунду поколебавшись, всё же коснулся своими губами моих в нежном поцелуе, который словно зафиксировал всё, что произошло за эти два дня.
Время потеряло всякий смысл. Я расслабилась и перестала беспокоиться о том, что знаю этого человека не более сорока восьми часов. В этот момент я хотела именно этого и сделала это. И ни о чём не буду сожалеть. Не буду же?