Но сегодня явно что-то шло не так. Я постоянно отвлекалась, постоянно сбивалась с мысли. И всему виной кто? Правильно! Хёнджин. Чёртов Пак Хёнджин! Он здесь всего лишь сорок минут, а заставил меня забыть всё, что проговорил за это время наш преподаватель.
Неужели теперь так будет со мной всё время, пока он здесь? Сколько вообще длится учёба по обмену или как там это правильно называется? Надо будет обязательно узнать это у своего куратора.
Я вновь попробовала сосредоточить своё внимание на лекции. Переключив слайд на следующий, преподаватель продолжил рассказывать тему. Начав переписывать всё, что было на слайде, меня решили прервать и заставить моё лицо покраснеть до кончиков ушей. Кто прервать? Думаю, ответ очевиден.
— Я скучал по тебе, Селена…, - он сказал это шёпотом, но по всему моему телу пробежали мурашки и кровь застыла в жилах. Что он только что сказал? Да ещё и на русском? Да ещё и так чистейше?
Моя ручка выпала из рук и упала на пол, покатившись назад, прямо к ногам Хёнджина. Я застыла, не в силах двинуться с места. Что он делает со мной? Зачем он делает это со мной? Почему в его присутствии я вечно краснею, смущаюсь и меня тянет к нему, как магнитом?
Позади послышался шум и, судя по всему, Хёнджин опустился вниз, чтобы поднять ручку, а после протянул руку к моему плечу, передавая её. Я не могла повернуться к нему, не могла показать своё лицо, которое выдало бы меня вместе с потрохами.
По моему покрасневшему взгляду он бы понял, что мои чувства никуда не делись. Что у него ещё есть шанс всё исправить, и я дала бы ему этот шанс, однозначно. Но я не могу вот так просто и быстро сдаться, это не в моих правилах.
Не оборачиваясь к нему, я молча забрала ручку, случайно коснувшись пальцами его, и, пересиливая себя хоть на мгновение удержать это «случайное» прикосновение, одёрнула руку. Нет, Селена. Не в этот раз. Больше ты не обожжёшься. Больше ты не позволишь себе быть такой наивной.
Услышав со спины лукавый смешок, я скривила губы, но промолчала. «Терпение, Селена, терпение. Осталось ещё 20 минут до конца пары, и ты свалишь домой.» – говорила я себе, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
***
Не знаю, как мне удалось высидеть оставшееся время, но как только прозвенел заветный звонок, я сразу засобиралась, небрежно швыряя все вещи в свою сумку. Не забыв про Нэл, мы быстрым шагом направились из аудитории, а после сразу к выходу, оставив Яна где-то позади. Я не хотела пересекаться с ними. Я к этому не готова. И уж точно не сегодня.
Нелли кое-как поспевала за мной, когда я протискивалась между студентами, которые тоже направлялись к выходу из университета. Так ведь и затоптать могут. Мы в школе, что ли? Как дети малые.
Оказавшись на улице, я вдохнула жаркий воздух, так ненавистный мне уже который год.
— Сэл, может стоило с ними хотя бы поздороваться? – проговорила Нэл, шагая за мной и стараясь не отставать.
— Нет! Ни за что! Ты забыла, что произошло? – немного резче, чем хотелось бы, выпалила я.
Нэл слегка опешила от моего резкого порыва и обиженно поджала губы. Я нервно выдохнула.
— Нелли, прости пожалуйста. Я не хотела на тебя наезжать. Просто я сама до сих пор не могу оправиться от того, что они здесь.
Наш разговор прервал подбежавший Ян.
— Сэл, подожди! Постой! Я хотел спросить у тебя кое-что, - запыхавшись, проговорил он.
— Да, что такое?
— Селена, какие у тебя планы на сегодня? – заигрывающе спросил Ян.
Его вопрос застал меня врасплох. Я не собиралась идти с ним куда-то, так как не было особого желания, но краем глаза я заметила, как в нашу сторону торопливо спешил Хёнджин и решила воспользоваться ситуацией, чтобы хорошенько его позлить.
— Честно говоря, не знаю пока. А что такое? У тебя есть, что мне предложить? – кокетливо ответила я, пытаясь флиртовать. Хоть и получалось это отвратительно. Но, похоже, Яну понравилось, как я заигрываю с ним.
— Есть! Официально приглашаю тебя на ужин сегодня в семь. Сможешь?
Только я собиралась ему ответить, как почувствовала за спиной порыв ветра, смешанный с запахом мужского одеколона. Его запаха.
— Селена сегодня занята. Очень, - злобно оскалился Хёнджин, и я напряглась, а мои волосы встали дыбом.
Как много он занимался русским, чтобы вот так спокойно говорить на нём? День и ночь, что ли?