Он бросил взгляд на Хёнджина, которого я успел усадить на диван, и метнул пакет прямо в него.
— Это поможет снять отёк и боль, — пояснил он свой поступок и вновь удалился на кухню. Мы с Хёнджином недоумённо переглянулись.
— Что это сейчас было? — спросил он меня по-корейски.
Я молча пожал плечами и повернулся к Нелли. Она нервно расхаживала по комнате, не в силах совладать с собой. Я понимал её состояние, но и мне всё это уже поперек горла встало. Неизвестно, сколько ещё это будет продолжаться.
Признаюсь, меня, как и остальных, поразило то, что Хёнджин ни разу не попытался защититься от выпадов Яна. Чем же он руководствовался?
Желал ли он сыграть роль благородного рыцаря? Или же всё дело было в Селене? Не хотел причинить ей боль? Или же он не хотел выставить себя в таком свете: агрессивным, грубым и жестоким? Ведь он мог бы одолеть Яна в мгновение ока, даже не используя всю свою мощь.
Полагаю, что последнее предположение наиболее вероятно. Возможно, он опасался, что Селена испугается его. Ведь в драках он беспощаден, и за это стоит благодарить его ненормального папашу.
отложил эти размышления, взял пакет со льдом и приложил его к щеке Хёнджина. Он едва заметно скривился от боли, но тут же вновь натянул на лицо маску безразличия.
Ещё одна привычка, имплантированная отцом. Тот не позволял сыну проявлять свои страдания. «Терпи и никогда не показывай никому своих чувств, Хёнджин», — говорил он неизменно.
Спасибо, что Хён сам прочистил себе голову в нужный момент и не превратился в то чудовище, которое пытался создать из него этот ублюдок-отец.
— Мальчики, простите, я, пожалуй, тоже пойду, — наконец нарушила тишину Нелли, бесшумно подойдя к нам.
— Можем подвезти, — прохрипел Хёнджин, разминая челюсть и перехватывая пакет со льдом из моих рук.
— Боюсь, не стоит. Я поеду к Селене. Она, наверное, уже у отца.
— Не беспокойся, Нелли. Мы тебя подвезём. Это не составит труда. И, думаю, Селена не узнает, если мы не будем заходить, — ответил я, поднимаясь с дивана.
— Давайте! Поезжайте к отцу Сэл. Он-то точно обрадуется вам, узкоглазым. А тебя, куколка, так вообще выпорет твою нежную жопку за твоё происхождение, — агрессивно выкрикнул Ян из кухни, где наливал себе в бокал виски.
Хёнджин гневно вздохнул, словно готовый сорваться и навалять ему как следует. Но я не позволил. Достаточно уже на сегодня этих драк.
— Прекрати слушать его дешёвый сарказм. Он всегда будет тебя так провоцировать. А ты, как девчонка, каждый раз попадаешь в его ловушку. Не будь таким, Хёнджин.
Тот молча кивнул мне и тоже встал. С Яном мы не попрощались, зато Глория проводила нас до самых ворот. Она ворчала, что Селена могла бы и помочь, а не устраивать истерику и бежать, как сопливый ребёнок.
Мы пропустили её слова мимо ушей и вернулись к своим машинам. Хёнджин уверил нас, что всё в порядке, и сказал, что будет ехать за нами. Я подошёл к пассажирской дверце и открыл её Нелли. Она изумилась.
— Уже который раз вижу, как ты открываешь дверь и садишься в свою машину, но продолжаю испытывать восторг и восхищение. Я редко видела, чтобы дверцы открывались вверх, тем более с такого близкого расстояния. Я…
Я не мог отвести глаз, наблюдая, как её лицо озаряется неподдельным восторгом. С каждым её словом моя улыбка становилась шире. Она была словно драгоценность, чьи черты хочется рассматривать бесконечно; её эмоции, её радость от мелочей, её переживания за перипетии отношений Яна и Хёнджина — всё это завораживало.
Нелли — воплощение открытости, искренности, милосердия и доброты, но в то же время — квинтэссенция уверенности и несгибаемой силы духа. При виде неё сердце замирало, а дыхание становилось прерывистым.
Что именно покорило меня в ней, я и сам не мог бы точно сказать вам. Но уж точно не внешность. Да, я знаю, внешность в наш век — это всё, это главный козырь. И Нелли, безусловно, прекрасна: её фигура безупречна, а формы тела восхитительны. Но влюбился я совсем не в них… Это уж точно…
Её улыбка сияла, как солнечный луч, рассеивающий пелену серых будней. Её лёгкий, мелодичный смех звучал, как весёлая музыка, побуждая меня стремиться быть ближе, делить с ней каждое мгновение.