— Из уважения к столь славной компании — я соглен! — Трактирщик махнул рукой. — Эх… моя щедрость меня и погубит… А вы точно не за сокровищами?
Ответа не последовало и трактирщик, вздыхая, пошел от причала. А навстречу ему двигались две маленькие фигурки, при виде которых Трикс насторожился.
И не зря.
— Трикс! — Иен замахал руками и припустил бегом. Следом спешила фигурка поменьше.
— Это еще кто? — удивился Паклус.
— Мой… мой оруженосец, — смущенно сказал Трикс.
— Разве ученики магов имеют оруженосцев? — порался рыцарь.
Иен уже подбежал к ним и остановился, опасливо оглывая собравшихся.
— Что ты тут делаешь? — спросил Трикс. — Почему ты не с Щавелем? Это он сказал, где я?
— Нет, — замотал головой Иен. — Он сказал, что ты взял отпуск. И что я могу дожидаться тебя в его доме или поискать, если хочу. А Халанбери тоже сказал, что хочет тебя найти. И мы попросили Аннет…
— Только не это… — прошептал Трикс.
Аннет сидела на плече у Халанбери, свесив ножки и обиженно глядя на Трикса. Поймав его взгляд, она надула губки и отвернулась.
— Она немного поколдовала и сказала, что ты на пртани… Вот. — Иен развел руками. — А Халанбери я не смог прогнать, он говорит, что тоже будет спасать сестру…
— Вы что, хотите с нами отправиться? — растерялся Трикс.
— Ага! — пискнул Халанбери.
Надо признать, что Триксу было приятно. Все-таки когда ты отправляешься в опасное путешествие, любая помощь друзей уместна. Даже трусливого оруженосца неблагородного происхождения и маленького бастарда… Но что скажут остальные? Как-то недостойно ученика волшебника тащить с собой в опасный поход всякую мюзгу…
— Паклус? — Трикс посмотрел на рыцаря.
— Сам решай, — ответил тот. — Твои люди, ты и решай. Лишние руки всегда могут пригодиться.
— Ну уж Халанбери нам не помощник…
— Это как сказать. — Рыцарь покачал головой. — Если он сводный брат Тианы, пусть даже и бастард, то его прутствие придает нашим действиям некоторые основания.
— Легитимность! — подтвердил Майхель. — Это вроде как исполнение родственного долга.
— Если мужчина готов вступиться за честь сестры, — веско добавил Хорт, — то не важно, сколько ему лет — он уже мужчина. Иди-ка сюда, малыш!
Халанбери опасливо подошел к Хорту.
— Держи! — Варвар порылся в карманах плаща и дтал маленький молоточек. — В моем племени такие менькие боевые молоты вручают детям, когда они идут на свою первую войну.
— Ух ты… — восторженно произнес Халанбери. — Из метеоритной стали, рукоять из горного кипариса… такой десять золотых стоит, если в хорошем состоянии!
Майхель крякнул и посмотрел на Халанбери с увением.
— В бою, если он случится, ты должен быстро ползать под ногами врагов и бить их по коленным чашечкам, — пснил Хорт. — Ну или следовать за нами и бить упавших врагов по темечку, чтобы они уже никогда не поднялись. Трикс схватился за голову:
— Да это не нужно! Мы обойдемся без боя…
— Надо быть готовыми ко всему, — пожал плечами Хорт. — Да, еще этим молоточком можно колоть орехи.
Трикс махнул рукой, сдаваясь:
— Ну и ладно. Как хотите. Я предупреждал… Шараж наставительно произнес:
— У моего народа есть песня. Я не смогу спеть ее на вашем языке, но смысл передам… Вот послушай… Когда ты отправляешься в путь, веселее идти с другом. Когда ты один — ты один, а когда ты с друзьями — вас несколько человек. Тебе не страшны ревущие снежные бураны, тебя не пугает удушливый зной, тебя не смущает ливень — коа ты с друзьями. С друзьями легче работать и легче дать. Смертельно опасно одному идти на медведя, а если ты пойдешь с группой товарищей и вы нападете с разных сторон — медведь будет повержен, конечно, если не провет на помощь другого медведя… Для того чтобы мрость этой песни крепче отложилась в твоей голове, ее надо петь долго, повторяя слова несколько раз.
— Такие песни есть и у нашего народа, — одобрил Хорт. — И даже в жарком Самаршане акыны поют о том же.
— А ты? — мрачно спросил Трикс у Аннет.
— Я? — Голос феи задрожал от слез. — Как скажешь, милый. Хочешь — останусь. Буду ждать тебя на этом прале… пока хватит моих сил, пока злой ветер не сломает мои крылышки и не бросит в студеную воду…
Трикс молча протянул руку — и Аннет перепорхнула ему на ладонь.
В конце концов, он же читал сказания о детях-героях, которые во время войны с витамантами помогали взроым. Разведывали количество и направление движения вражеских войск; поджигали скирды и стога, чтобы лишить противника фуража; травили колодцы и водопои; расклвали призывы к витамантам сдаться, а к ожившим мерецам — покаяться и добровольно зарыться в могилы…
Смущало Трикса только одно. Все сказания о детях-героях заканчивались тем, что витаманты ловили их, поергали суровым пыткам и казнили.
Очень хотелось верить, что это условие не обязательное.
Мягкий вечерний бриз нес «Каракатицу» в открытое море. Они еще не вышли из эстуария, но чуть дальше по курсу уже мелькали над водой гибкие спины дельфинов, преследующих летучих рыбок, воздух пах солью, а пррачная речная вода темнела, наливаясь глубокой синевой. Чайки медленно парили над шхуной, печально переклаясь странными голосами: «Текели-ли… текели-ли…»
— Грот поднимай! — командовал Хорт.
К удивлению Трикса, артисты, коротко посовещаись, выбрали один из канатов и принялись дружно его тянуть.
— Тяни стаксели! Дружно!
Паклус крякнул и принялся помогать артистам.
— Шкаторину крепите, рыбьи дети! Вяжи к уишбону!
Халанбери, восторженно наблюдающий за происходим, даже засунул палец в рот. Это тут же заметил Хорт, рявкнувший:
— Юнга! Палец изо рта вынь! Марш в камбуз, помешь Иену картошку чистить!
Трикс подавил невольное желание последовать за мышом, подальше от сурового капитана. Но в конце коов он был не какой-нибудь там сопливый мальчишка, он был юный маг…
— Волшебник, уснул? — Хорт обратил внимание и на него. — А ну, где там твой ветер? Я держу курс, а ты пара надувай!
Трикс опасливо покосился на груду серых старых пусов, полощущуюся у него над головой. Хлопали плохо натянутые веревки и веревочки, трещали на ветру златки на гроте…
— Айпод… — пробормотал Трикс, открывая заклина-тельную книгу.
Так… это огненная стена… это призыв к Щавелю о пощи… замечательное заклинание, только немножко стыо будет кричать «О великий волшебник, услышь неривого ученика…»
Ага. Вот оно.
Трикс откашлялся, привлекая внимание команды. Для мага главное — чтобы его слышали и верили ему…
— Первый робкий порыв ветра пронесся над землей, пригибая траву и срывая листья с деревьев. Ярко светило солнце и в свете его…
Трикс замолк. То ли Щавель не подумал о том, что время суток имеет обыкновение меняться, то ли забыл, что корабли ходят по морю, а не по суше.
Заклинание очень хорошо подходило для высокого холма, сидя на котором Щавель его сочинял. И не слишком-то годилось для моря.
— Сто якорей тебе за пазуху! — воскликнул Хорт. — Ты будешь заклинать ветер или нет? Ты вообще колдовать умеешь?
Из кармана у Трикса выглянула Аннет. Тревожно пмотрела на мальчика.
Трикс откашлялся снова. Пробежал глазами по тету — и опустил руку с магической книгой.
— Над седой равниной моря ветер собирал тучи, — громко сказал он. — Подобный черной молнии буревесик реял между тучами и морем. Чайки стонали и метались над морем, пытаясь скрыть свой страх перед приближаейся бурей…
Ему казалось, что он делает что-то немножко не так. Что стоит чуть-чуть иначе переставить слова, и заклинание зазвучит на весь мир, встряхнет океан до дна, омоет самые высокие горы солеными пенными валами…
— Трикс! — завопил Паклус, в ужасе озираясь. В небе откуда-то и впрямь взялся буревестник, суматошно мечийся вверх-вниз и явно не понимающий, зачем он это делает. Чайки истошно орали и непрерывно гадили. Со всех сторон наползали тяжелые свинцовые облака. — Трикс, не бурю! Не бурю, а ветер! Только ветер в корму!