— Пусть слепой случай не мешает игре. Давайте я буду выбирать десять раз… нет, девять, чтобы не было ничьей. Если чаще встретится коза — то мы служим вам целый год. Если чаще попадется колесо от телеги — то мы уезжаем.
— По результатам девяти испытаний? — Барон раохотался. — С удовольствием, малыш!
Щавель резко повернулся к Триксу, обнял его, прижал к себе и, принужденно улыбаясь, прошипел на ухо:
— Ты сошел с ума! У нас всего один шанс из трех педить! А если мы сделаем девять попыток, то уж точно проиграем! Это элементарная математика!
— Не надо благодарить, учитель! — громко ответил Трикс, высвобождаясь из цепких рук Щавеля. — И еще одно уточнение, господин Исмунд. Когда я выберу дверь, то останутся еще две двери, правильно?
— Ну.
— После того как я сделаю выбор, не могли бы вы орыть одну из этих двух дверей? Ту, за которой точно будет коза. А я после этого подумаю… и, может быть, смю свой выбор. С той двери, на которую указал сначала, на третью, которая еще не открыта.
— Ну и что это изменит? — спросил Исмунд.
Трикс не ответил.
— Так… — Барон задумался. — Так… Тут какая-то хрость… Если подумать… Да ты не дурак! Не дурак… Вирая из трех дверей, ты имеешь один шанс из трех. А еи уж я раскрыл одну дверь, за которой козы, то у тебя будет один шанс из двух. То есть наши шансы будут равны. Умеешь считать, умеешь! — Он засмеялся.
Трикс скромно промолчал.
— Хорошо, — кивнул барон. — За хорошее знание ариетики готов принять твое предложение. А может, не бем зря мучиться? Используем всего две двери? Коза и карета. Все по-честному.
— Да лучше уж помучиться, — сказал Трикс.
— Вот это уважаю, — кивнул барон. — Вот это люблю. Настоящий игрок не стремится сыграть быстро! В игре, как и в любви, скорость — не главное!
Подошел герольд, что-то шепнул барону.
— Отвинтили и принесли колесо. — Барон потер ри. — Ну-с! Приступим!
— Ты все равно сошел с ума, — тихо сказал Щавель. — Все равно. Один шанс из двух. Лучше пойдем пешком!
— Господин волшебник, доверьтесь мне! — прошептал Трикс.
Щавель вздохнул.
— Все-все-все, условия приняты! — весело сказал Ис-мунд. — Все совершенно честно! Никакого подвоха! Пан или пропал, карета или коза! Ох, люблю я такие игры! Выбирай!
— Вот эта. — Трикс наугад ткнул в левую дверь.
— Прекрасно, — кивнул барон. — Так-с…
Он подошел к дверям, заглянул за каждую по очереди. Потом открыл центральную дверь и спросил:
— Оставляешь дверь или меняешь?
Лицо барона было абсолютно непроницаемым.
— Меняю, — сказал Трикс. — Откройте правую.
Барон пожал плечами и открыл правую дверь. За ней лежало каретное колесо.
— Повезло, — сказал он. — Надо было тебе не гневить удачу, соглашаться на одну игру. Эй, поменяйте все меами!
За закрытыми дверями послышалась возня.
— Какую дверь выбираешь?
— Опять левую, — сказал Трикс.
Барон вновь заглянул за двери и открыл правую.
— Меняю на центральную, — сказал Трикс. За центральной дверью обнаружилось колесо.
— Тебе везет, — сказал барон.
После третьего выигрыша барон на некоторое время задумался.
— Ты читаешь по моему лицу, — сказал он. — Я слышал о таких тонких физиономистах!
— Пусть мне завяжут глаза, мой барон! — предложил Трикс.
Барон лично завязал глаза Триксу, после чего игра налась заново.
— Меняем, — раз за разом отвечал Трикс. — Меняем. И снова меняем. И опять меняем дверь!
После того как счет стал 6:3 в пользу Трикса (миленая белая козочка появлялась за дверью лишь трижды, шесть раз Трикс указывал на колесо), барон подозвал гольда.
— Принеси вина, — распорядился он. — Нам предстоит долгое и трудное пари.
— Но ведь девять раз уже было… — начал Трикс.
— Я тебе навстречу пошел? — возмутился барон. — Вот и ты пойдешь! Проводим серию из ста угадываний.
За дверью кто-то тяжело вздохнул.
— Да, козам — травы, слугам — плетей! — рявкнул бон. — Нет, слуг вообще замените! И меняйте после каых десяти туров!
— Как скажете, мой барон, — сказал Трикс.
Еще после двадцати испытаний Исмунд призвал своих волшебников и велел им наблюдать за Щавелем и Триксом более внимательно. Впрочем, недоумение на лице Щавя было неподдельным.
— И снова меняю! — провозгласил Трикс в сотый раз.
— Шестьдесят семь колес, тридцать три козы, — подвел итоги Радион Щавель. — Мы выиграли, ваше высокоблородие.
Исмунд погрузился в глубокие раздумья. Потом начал размышлять вслух:
— Этого не может быть, но это произошло… Итак. Нали мы с того, что я предложил вам сыграть, имея на выигрыш один шанс из трех. Это я понимаю. Мальчик…
— Называйте меня просто — юный подаван, — скромно сказал Трикс.
— Юный подаван, — без спора согласился Исмунд, — предложил другой расклад. После выбора им двери я открываю одну из оставшихся дверей, обязательно ту, за которой коза. И он получает возможность изменить свой выбор. Таким образом юный подаван уравнял наши шаы. Теперь остается только дверь с козой и дверь с карой! Так?
Трикс пожал плечами.
— Но тогда карета должна была выпасть пятьдесят раз! — выкрикнул барон. — И коза пятьдесят раз! Шансы-то один к одному! А у тебя почему-то получается два к одному в твою пользу!
Трикс потупился.
— Ты не колдовал? — спросил барон с надеждой. — Признайся, а? Если колдовал — я все прощу. И карету дам. И отпущу. Даже добавлю сто золотых!
— Скажи, что колдовал, — посоветовал Щавель.
— Врать нехорошо, — вздохнул Трикс. — Нет, никако колдовства.
— Но это противоречит арифметике! — Барон воздел руки к небу, точнее, к потолку. — Этого не может быть!
— Ме-ме… — проблеяла усталая коза.
Исмунд вдруг широко открыл глаза и хлопнул себя по лбу:
— Да как же я сразу не понял! Коз увести. Заложить карету. Повару собрать дорожный набор продуктов и протовиться к отправлению в столицу.
— А что вы поняли? — удивился Трикс.
— Да ты просто счастливый мальчик! — Барон сиял. — Ты, наверное, в рубашке родился. Или в ночь, когда по диску полной Луны проходил хвост кометы. Ну конео же! Я слышал о таких, как ты. Вам всегда и во всем везет… не зря же ты спасся при перевороте и сейчас не в рудниках землю роешь, а волшебству учишься… Все пятно! Ты прирожденный счастливчик. Удачник, так еще таких называют!
Трикс развел руками.
— Ты меня неплохо наказал за самоуверенность, — приходя в доброе расположение духа, сказал барон. — Ах, шельмец! Но я не хотел бы быть таким, как ты. Это же никакого удовольствия от азартной игры не получишь! Вот тебе… от меня лично, и тебе лично, Порею не оавай…
В руки Трикса легло пять золотых, отсчитанных щрой баронской рукой.
— Но играть в моем баронстве тебе отныне запрещо! — Исмунд погрозил ему пальцем. — Ни в карты, ни в шашки, вообще ни во что! Приходите к вечеру, карета будет ждать вас.
Едва Трикс и Щавель покинули дворец барона, как волшебник цепко ухватил Трикса за плечо и оттащил в проулок.
— Берите, — покорно полез в карман за монетами Трикс.
— Твои, честно заработал, — отмахнулся волшебник. — Оставь себе. Но ты меня чуть в гроб не вогнал! В счасивчиков и удачников я не верю, так что… Признавайся, что за жульничество ты использовал?
— Никакого жульничества! — Трикс даже чуть-чуть обиделся. — Арифметика.
— Я тоже, к твоему сведению, умею считать, — сказал Щавель. — За одной дверью коза, за другой карета. Шаы — один к одному.
— Да нет же! — воскликнул Трикс. — И барон, и вы забываете про третью дверь! Про ту, которую он открыл!
— Так при чем тут эта дверь? — удивился Щавель. — Ее, считай, и нет больше. Выбираем из двух.
— Нет, из трех! — упорствовал Трикс. — Мы выбираем из двух дверей, одна из которых открыта, а за другой нзвестно что, и одной, выбранной мной вначале, за котой тоже неизвестно что. То есть если поменять выбор и выбрать две двери, то у нас будет два шанса против одно! Так и получилось!
— Ты меня не путай! — вспылил Щавель. — Я не идиот! При чем тут открытая дверь, за ней все равно коза! Остось две двери! За одной коза, за другой карета. Ты выбаешь между ними. Шансы должны быть один к одному!