— И мужчины их носят? — Трикс никак не мог перить.
— Сам король Маркель! — торжественно сказал порой. — С его величества, собственно говоря, мода и пошла. Ну, вы же понимаете, одна фрейлина рассказала своему мужу, другая — своему… через неделю весь город шил паалоны! О, сколько я на них тогда заработал! — Шмоль мечтательно посмотрел в потолок. — Есть короткие, чуть ниже колен. Есть длинные, до лодыжек. Есть белые… но это баловство, конечно. Есть цветные, есть даже с рисочком. Но я бы посоветовал вот эту практичную пару из черного сатина…
— Дайте две, — сказал Трикс.
Пятью минутами позже, расплатившись (цена показась Триксу высоковатой, но поскольку он платил накоованной медью, то причин спорить не было), Трикс, весь обвешанный свертками и пакетами, вышел из мастерской портного. Голова гудела, переваривая новости столичной жизни.
Ну это ж надо — мужчины носят панталоны! Так дойдет до того, что женщины станут носить штаны! И не прячась от преследования, как Тиана, а просто так! Удивительно!
На улице тем временем стало многолюдно. То и дело громыхали по булыжной мостовой кареты, скакали куда-то всадники, прохаживались пешие. Такое ощущение, что половине жителей Столицы нечего было делать и они просто болтались по городу, разглядывая витрины магинов и здороваясь друг с другом…
Поднявшись в свою комнату (и по пути пообещав Лое быстрее спуститься на завтрак), Трикс распаковал и вожил на пол всю одежду.
— Это уже похоже на истину, — меланхолично сказала Аннет. — А панталоны?
— В Столице даже мужчины их носят, — гордо ответил Трикс. — Ты прям совсем провинциалка.
— Да, я провинциальная фея! — возмутилась Аннет. — И я этим горжусь! Не пытаюсь гнаться за модой…
— Ну расколдуйте же сестренку! — завопил Халанбе-ри. — Хватит ругаться!
— Ладно, только ты выйди пока, — велел Трикс.
— С чего это?
— Будешь дежурить перед дверью, чтобы никто не вел! — строго велел Трикс. Халанбери сразу преиспоился важности своей миссии и вышел за дверь.
— Так… я сяду к книжке спиной, — решил Трикс. — И расколдую Тиану.
— Одобряю, — решила Аннет. — Работай!
Трикс сел на кровать спиной к книжке, набрал полную грудь воздуха и сказал:
— Повинуясь воле волшебника, превращенная в книгу княгиня вновь обрела свой обычный облик. Прекрасная девушка внезапно обнаружила, что она стоит посреди коаты, живая и здоровая… и ничуть не сердящаяся на модого мага!
— Как завернул! — восхитилась фея.
— Ой… — сконфуженно сказал кто-то.
— Он не смотрит, не смотрит, — успокаивающе сказала Аннет. — Одевайся. Мы решили, тебе для маскировки стоит одеться в мужское.
Трикс сидел, весь одеревеневший, и непроизвольно вслушивался, как за его спиной шуршит ткань.
— Ремешок сюда, — командовала фея. — Дай-ка, я пояну…
— Спасибо…
— А тут большевато чуток… ну ладно, на вырост… Пернись. Давай тут заправим…
Трикс, ни живой ни мертвый, ждал, что произойдет дальше. Фразу про то, что Тиана на него не сердится, он вставил в последний момент — и теперь сам не знал, прильно ли поступил.
— Очень даже неплохо, — резюмировала фея. — Сиатичный молодой человек из хорошей семьи. Конечно, одежонку стоило бы получше подогнать… но они тут все ходят не пойми в чем…
— Ботинки велики…
— Ничего, велики — не малы. Вон, оторви от этого бархатного мешка кружева и набей в мыски.
— Что это за ужас такой? — удивленно спросила Тиа-на. — Выглядит так, будто это носила троллиха. Сумаедшая троллиха!
— Это местный вариант мешка для картошки, — ехио сказала Аннет. — Уж такие они здесь фифы, в Столице, даже мешок нормально сшить не могут…
— Трикс! — позвала Тиана.
Трикс повернулся, опасливо втягивая голову в плечи. Перед ним стояла Тиана, одетая в мальчишескую одеу. Смотрела она вроде как не особенно строго…
— Мог, между прочим, и не наколдовывать, чтобы я на тебя не злилась! — сказала Тиана.
Трикс подумал секунду и решил промолчать, виновато опустив глаза.
— Я вообще ничуть не сердилась! — сказала Тиана. — А вот сейчас могу и…
— Извини, я больше никогда так не буду! — произнес Трикс ту волшебную фразу, которая уже много веков спает маленьких мужчин от маминого гнева, а больших — от гнева жены. Конечно, от частого использования эта фраза уже изрядно износилась, но почему-то до сих пор рабает.
Тиана испытующе посмотрела на него, а потом сприла:
— Как я выгляжу?
— Чудесно! — воскликнул Трикс. — Конечно, без штов было бы лучше… я хочу сказать — в платье было бы лучше! Но так тоже ничего!
Тиана перевела взгляд на Аннет.
— Нормально, нормально, — подтвердила фея.
В этот момент дверь приоткрылась и Халанбери пально спросил:
— Ну долго вы… Тиана!
Он кинулся обниматься с сестрой, а Трикс ощутил легкую ревность. Причем непонятно к чему — то ли к воожности для маленького Халанбери беззаботно обнимать и целовать Тиану, то ли к тому, что бастард и княгиня были братом и сестрой и так любили друг друга.
Хотя… хотел бы он сам, чтобы Тиана оказалась его сестрой?
Нет уж! Не надо ему такой радости!
— А где твой оруженосец? — спросила Тиана, гладя довольного Халанбери по голове. — И все те люди, что спасали меня от витамантов?
— Так ты ничего не знаешь? — поразился Трикс. — Ты же все время была со мной!
— Я была книгой! — возмутилась Тиана.
— Книгиней ты была, — хихикнул Халанбери, за что получил легкий подзатыльник.
— Я была книгой! — повторила Тиана. — А книга живет, только когда ее читают.
— Ну ты же сама сказала, что не хочешь, чтобы я тебя дальше читал… — смутился Трикс.
— Мало ли чего я сказала, — пожала плечиками Тиа-на. — Ты должен был проверять, не передумала ли я… Так где все? И где мы находимся?
Она подошла к крошечному окошку, посмотрела на улицу. Восхищенно сказала:
— Ух ты… это торговый квартал? А почему я не ву гор?
— Тиана, мы не в Дилоне, — ответил Трикс. — И мы одни, друзей с нами нет. Садись, я все расскажу…
В полдень над Столицей поплыл колокольный первон и бой часов. Вначале, как положено, отбили двенаать ударов главные часы королевства, на самой высокой,
Часовой башне дворца. Шесть их циферблатов смотрели на шесть сторон света. Дело в том, что некогда Маркель Неожиданный решил, что четырех сторон света для велого государства маловато и ввел еще две — Юсток (доен был располагаться между югом и востоком) и Засев (как нетрудно понять — между западом и севером). Пему в голове предприимчивого короля не возникли еще Севос и Юзап — никто не знал. Никто не знал и почему короля не устроили старые добрые юго-восток и северо-запад, которыми испокон веков пользовались моряки и путешественники. И уж тем более никто не понял, с чего король внезапно охладел к своей идее, обещавшей, по его словам, дивный прогресс мореплавания, в результате чего единственным материальным наследием топографической реформы стали часы с шестью циферблатами на башне королевского дворца…
Как только часы, упрямо смотревшие на шесть сторон света, отбили полдень, принялись бить остальные часы Столицы. Возможно, это было и не совсем точно, но зато очень верноподданно.
Под этот разноголосый перезвон и перестук (БАМ! БАМ! БАМ! — на башне гильдии кузнецов, ДЗИНЬ! ДЗИНЬ! ДЗИНЬ! — на башенке ювелирных дел мастеров, ТУК! ТУК! ТУК! — из серого здания Стражи, и еще мно, много разных других звуков) к площади королевского дворца подошли со стороны Юго-Западных ворот трое мальчишек. Двое постарше, один помладше. Одеты прично, сразу видно, что не из нищих попрошаек. Выглядят культурно, возможно, что из какого-то мелкого дворякого рода. Стражник, дежуривший на углу площади и улицы Королевских Лекарей, бросил на них мимолетный, но придирчивый взгляд — и отвернулся. Вполне прилиые дети, можно пропустить.
Хорошо, конечно, что стражник не вслушивался в их разговор.
— Мы ведь не можем штурмовать дворец Маркеля, — сказал один мальчишка, очень хорошенький, даже немноо похожий на девочку.
— Почему? — удивился его ровесник. Он был попроще, погрубее чертами лица и в недалеком будущем ему претояло осваивать науку обращения с бритвой и помазком.