Видимо, до полного разрешения дела надеяться на еду или хотя бы стул не приходилось.
— Почему я тебя не казнил… — прошипел Триксу Сатор, когда убедился, что король на них не смотрит. — О, кой же я дурак…
— Я ведь говорил, папа… — поддержал его Дэрик. Трикс предпочел ничего не ответить. Сатор еще ноторое время ругался шепотом, потом замолк.
Тиане и Маркелю подали на сладкое мороженое в гячем шоколаде.
Трикс стал от скуки разглядывать охранников, но те все оказались будто на одно лицо. Тогда он стал изучать придворных волшебников. Понятное дело, что здесь не было главы академии магистра Хомра, или великих боевых магов Зера и Мрины, но все-таки это были настоящие волшебники королевского двора.
Один маг Триксу не очень понравился. Был он высим, лысым и каким-то слишком уж оживленным — то и дело пролистывал свою заклинательную книгу, улыбался при виде найденных там заклинаний и азартно потирал руки. Похоже было, что он очень хочет поколдовать.
Второй маг был постарше, поплотнее, седенький и румяный, выглядел он довольно мирно. Стоял он, опеись обеими руками о посох, положив на ладони голу и с любопытством, без всякой злости рассматривая Трикса.
Ну а третий волшебник оказался совсем молодым, с очень честным простодушным лицом, горящими воодевлением глазами и доброй улыбкой. Когда Трикс на него посмотрел, молодой волшебник дружелюбно кивнул, как бы говоря: «Узнаю, узнаю собрата по профессии. Не бойся, если мне придется тебя убить, я сделаю это очень быстро и совсем не больно».
Трикс вздохнул и попытался думать о хорошем. К преру, о том, что если их интрига увенчается успехом, то Маркель может дать ему место волшебника при дворе…
— Ваше величество, — министр тайной канцелярии снова появился будто ниоткуда, — обыски и допросы в резиденции со-герцогов закончены.
— Ну? — добродушно спросил король, явно настроеый обедом и беседой с Тианой на дружелюбный лад.
— Получено очень много различных… — министр на мгновение запнулся, — и несколько противоречивых рультатов. Позвольте внести вещественные доказателтва, чтобы докладывать предметно?
— Начинайте, — кивнул король. — Эй… стол убрать. А стул для княгини оставьте!
В зал внесли сундук с казной Гризов и куклу, изобрающую короля. Их разложили между троном и подреваемыми так, чтобы они были всем хорошо видны.
— Итак, — начал министр тайной канцелярии, — после того, как нам удалось убедить капитана стражи Сида Канга впустить нас в резиденцию… надо сказать, что это было негко, он мастерски владеет мечом и немного — магией…
— Какой верный человек, — заметил король. — Он жив?
— О да, — кивнул министр. — Он жив и уже словхотлив.
Сатор Гриз что-то прошипел себе под нос.
— Мы провели тщательный досмотр помещения, — продолжал министр. — Первым делом мы обратили внание на сундук с золотыми монетами, хранившийся в спальне Дэрика Гриза. Сундук был наполовину заполнен золотыми реалами Хрустальных островов…
С этими словами министр открыл крышку сундука.
— Обман! — завопил Сатор Гриз. — Ваше величество, обман и провокация! Золото подменили!
Король нахмурился — и Гриз замолчал.
— Ситуация показалась мне нелепой, — невозмутимо продолжал министр. — Зачем предателю тащить в Столу золото, которое выдает его с головой? Это золото даже нельзя использовать для подкупа или взяток! Поэтому дежурному волшебнику было поручено произнести над золотом заклинание Отмены. И я совсем не был удивлен, когда реалы превратились в честные талеры вашего велества.
— Вот как… — Теперь взгляд короля переместился на Трикса — и сердце у того ушло в пятки.
— Однако, — продолжал министр, — для полной очиси совести я велел волшебнику провести заклинание Оены еще раз. И талеры вновь обернулись реалами! Трье же заклинание уже ничего не изменило, перед нами был изначальный облик этих денег…
— Что это значит? — спросил король.
— Это значит, ваше величество, что в сундуке были реалы Хрустальных островов, которым магией придали вид королевских талеров, а потом снова заколдовали и заставили выглядеть как реалы!
— Зачем? — спросил король.
— Этого я понять не могу, — признался министр. — Можно было бы предположить, что Сатору Гризу и впрямь кто-то заплатил деньгами витамантов, для безопасности придав этим деньгам честный облик. Но кто потом налил на них облик реалов?
— Недоброжелатель? — предположил король.
— Но зачем недоброжелателю делать второй фальшый облик, когда гораздо проще развеять уже наложенную магию?
— Ваше величество… — убитым голосом произнес Гриз.
— Молчи, — отмахнулся король. — Тебе будет дано слово, обещаю… Так, что дальше?
Министр поднял с пола куклу, изображающую лысого короля.
— Вот такая вот вещь, имеющая карикатурное сходство с вашим величеством…
Король взял из рук министра куклу, оглядел и, похоже, остался доволен.
— А ведь недурно! Здесь нет этого опротивевшего побострастия наших придворных художников. Видно, что я чуть-чуть располнел, но полон сил и мускулист. Мне не убавляют морщин, из-за чего я чувствую себя стариком, сравнивая свой портрет с отражением в зеркале. Лицо веселое, но в нем чувствуются ум, хитрость и непреклоая воля — это улыбка могучего правителя, а не клоуна из балагана. Мне определенно нравится! Один только вопрос, мой любезный Слюм, неужели слухи о моей лысине прочились за пределы дворца?
— Ваше величество, — ответил министр, — о вашей маленькой проблеме с волосами никто не знает. И я бы нижайше молил ваше величество не упоминать мое имя прилюдно, я ведь министр тайной канцелярии…
— Оставь, Слюм! Здесь только верные люди и гнусные предатели. Первые никому ничего не скажут, а вторые — уж тем более! — И король захохотал. — Так что тут с линой?
— Рискну высказать мнение, — начал министр, — что данная кукла создавалась с целью влиять на ваше велество с помощью магии подобия. В данные дырочки заговорщики могли бы вставить украденные пучки ваших волос…
— О, если бы у меня было что красть… — вздохнул король.
— Позвольте взглянуть, сир. — Старенький седой воебник перехватил посох в правую руку, подошел побле и внимательно посмотрел на куклу. Покачал головой: — Ваше величество, эту куклу нельзя использовать с целью враждебной магии подобия. Она сделана с любовью и уважением, что сведет злые чары на нет.
— Так что же это такое? — возмутился король. — Все запуталось окончательно!
— Еще нет, — утешил его министр тайной канцелии. — Слушайте дальше. Данная кукла была обнаружена нами в личном сортире со-герцога Сатора Гриза, в корзе с обрезками ткани, служащей для…
— Ну не при даме же! — возмутился король. — Все и так все поняли! Да, несколько… оскорбительно.
— Данный факт заставил нас исследовать сортир более тщательно, — продолжал министр. — И вот, в глубинах вребной ямы одним из наших бесстрашных сотрудников были обнаружены еще три куклы. Я не взял на себя смелость нести их ко двору… но могу заверить, что это были грубые, оскорбительные подобия вашего величества, наряженные в клочки ткани, вероятно, отрезанные от батистового плаа вашего величества… осмелюсь напомнить…
— Что три дня назад я великодушно подарил бывшему со-герцогу Гризу носовой платок из своего кармана! — превел король, вставая. — Я помню сам!
Сатор зашатался и упал на колени. Он открывал и рарывал рот, будто собираясь что-то сказать, но не мог произнести ни звука.
— И последнее, — продолжил министр. — В дорожной одежде Гриза были найдены два перстня.
— Два? — воскликнула Тиана, но никто, к счастью, внимания на это не обратил.
— Первый перстень, — министр извлек его из карма, — представляет собой удивительно безвкусную мешину широко известных символов витамантов. Как вы видите, это круглое кольцо, на котором закреплена рарытая книга, на которой изображена голубка, которая сидит на яйцах…