Тут, к сожалению, фрейлина увидела Трикса и почтельно замолчала. Герцогиня повернула голову и ласково улыбнулась сыну. Со скамеечки, стоящей у ее ног, вскочил Халанбери, одетый в смутно вспоминающиеся Триксу бархатные штанишки и рубашку с кружевами, радостно улыбнулся и завопил:
— Трикс пришел!
— Хорошо воспитанному мальчику не следует так шуо приветствовать другого мальчика! — строго восклиула герцогиня. — Даже если они друзья и хотят немного поиграть. Ты хочешь поиграть с Халанбери, Трикс?
— Нет-нет, я на минуточку, — пробормотал Трикс сменно. — Я лишь хотел поцеловать свою маму и осведиться о ее здоровье.
Фрейлины переглянулись — ибо времена, когда Трикс забегал поцеловать маму, закончились лет пять назад. Но сама герцогиня, к счастью, ничего не заподозрила. Она наградила Трикса ласковым поцелуем в лоб, подставила щеку под ответный поцелуй и поинтересовалась:
— Ты не хочешь послушать поучительную летопись?
— Мне надо заглянуть к отцу, мама.
— Ну хорошо, — усаживая рвущегося на волю Халан-бери обратно на скамейку, сказала герцогиня. — Передай ему от меня… э… привет. Большой привет.
— Обязательно, мама, — сочувственно глядя на Халан-бери, ответил Трикс.
Прежде чем выйти из зимнего сада, Трикс прошелся мимо клумб с цветами, где и обнаружил Аннет.
— Заглянул на минутку, — сообщил он фее, которая нежилась на мальве.
Аннет посмотрела на него, после чего нахмурилась, вспорхнула и уселась Триксу на плечо.
— Ты чего? — спросил Трикс.
— Да ничего, — строго ответила фея. — Забыл, что я твой фамильяр и волшебное существо?
— Не забыл, — выходя из оранжереи, ответил Трикс.
— Вот так-то. Я тебя насквозь вижу, — сказала Аннет.
— Сейчас зима и холодно…
Фея только фыркнула и Трикс смирился. Он пришел в тронный зал, где поклонился отцу, передал ему привет от герцогини и выслушал несколько благоразумных оовских поучений — самое важное из которых заключось в необходимости хорошо кутать шею шарфом, водя зимой из дворца. Трикс пообещал и, в свою очередь, уговорил отца смягчить Сиду Кангу режим заточения, удвоив при этом охрану.
А еще через полчаса, тепло одевшись и закутав шею шарфом, Трикс, оседлав спокойную и крепкую гнедую кылу, ехал по улице, направляясь к королевскому гарнизу — тот разместился в бывшем дворце Сатора Гриза.
Баронета Паклуса Трикс нашел во дворе замка. Уперев руки в бока, приземистый рыцарь наблюдал за молодыми кирасирами, тычущими пиками в соломенные чучела.
— Выше острие, выше! — ревел Паклус. — В ток упай, болван, не держи на весу! Ударил — вынул! Ударил — вынул!
Появление Трикса рыцаря явно обрадовало. Оставив командовать за себя старого опытного кирасира, он ппешил ему навстречу.
— Я на минуточку, Паклус, — спрыгивая с лошади и обнимая рыцаря, сказал Трикс. — Так… забежал по… пдороваться.
Паклус прищурился, глядя на Трикса. А потом потил за собой в сторону.
— Ты это чего удумал? — спросил он в лоб. — Сдается мне, что ты не поздороваться, а попрощаться зашел!
Трикс смущенно отвел взгляд.
— Так. — Баронет кивнул. — Все ясно. Герцог знает?
— Он бы меня не отпустил, — признался Трикс.
— А что он скажет, когда узнает, что ты исчез?
— Так ты ему и объясни, — попросил Трикс. — Он тебя уважает. Ну не могу я больше сидеть в замке! Нечего мне тут делать!
Паклус погладил бороду. Потом сказал:
— Аннет!
Фея высунулась у Трикса из-за пазухи. На голове у нее была крошечная вязаная шапочка, позаимствованная у какой-то куклы, пылившейся без дела в опочивальне нледниц женского пола.
— Приглядывай за ним, — велел Паклус. — Хорошо? Аннет кивнула и снова спряталась в тепло.
— До темноты до барона Галана доедешь?
— Нет, — покачал Трикс головой. — Но я уже по карте посмотрел, там на полпути село большое, остановлюсь в трактире. А к Галану… да, может, я к нему и вообще заеать не буду. Не нравится он мне!
— Деньги есть? — деловито спросил Паклус.
— Есть.
— Все равно возьми! — И баронет отвязал от пояса довольно-таки тощий кошелек. — Тут серебро в основном… но лишним не будет.
— Спасибо, сэр Паклус, — сказал Трикс. Деньги у него и впрямь были, но обидеть рыцаря отказом он не мог.
Паклус кивнул, хлопнул Трикса по плечу тяжелой рой в латной перчатке и побрел к своим новобранцам. На полпути остановился и крикнул:
— Привет передавай!
— Обязательно! — забираясь в седло, ответил Трикс.
Зимняя дорога тяжела, даже если у тебя хорошая ладь, деньги, едешь ты по торным путям и через бепасные места. Даже то, что ты самый настоящий волшеик, не очень-то облегчает дорогу — если, конечно, ты не умеешь телепортироваться.
Трикс не умел. И потому к башне волшебника Радиона Щавеля в окрестностях городка Босгарда он приехал к полудню последнего дня уходящего года.
Чем ближе он подъезжал к башне, тем меньше месость вокруг походила на зимнюю. Нет, воздух был по-прежнему холоден. Но серые облака на небе все больше и больше редели, пока сквозь них не прорвалось чистое губое небо и яркое желтое солнце. Снег исчез вначале с земли, хоть и кружился в воздухе, а потом его не стало ссем. Под копытами удивленной кобылы появилась трава, вначале желтая, прошлогодняя, а потом и зеленая, живая. Метрах в ста от башни лошадь наотрез отказалась двигатя дальше, не перекусив.
Трикс слез с кобылы, привязал поводья к дереву, вокруг которого хватало травы, и пошел к башне.
У входа дежурил все тот же серый минотавр Харым. К удивлению Трикса, его появление словно бы обрадово Харыма.
— Здры… зпасибы… — прорычал минотавр, когда Трикс приблизился.
— Привет, Харым, — ответил Трикс. — За что спасо-то?
— Зазы… За зы… зына…
— За сына? — догадался Трикс. — А что… А! Не за что. Каким образом волшебные существа нанимаются к призвавшему их волшебнику, Трикс не знал. Но, наверное,
это дело семейное. Выходит, что Сида Канга сторожил сейчас сын Харыма…
— Хозяин дома? — уточнил на всякий случай Трикс. Харым энергично закивал. Трикс вздохнул, собираясь с духом. Хорошо, конечно, что с ним Аннет…
— Милый, я, пожалуй, перекушу… — Фея выскольула у него из-за пазухи и полетела над цветущим зимним лугом. В очередной раз Трикс заподозрил, что она читает его мысли, но спорить с фамильяром — дело почти безнежное. Трикс печально посмотрел ей вслед и вошел в башню мага.
Лифт все так же скрипел и опасно раскачивался, но все-таки доставил Трикса наверх целым и невредимым. Прежде всего Трикс снял теплую меховую куртку, отряхнул с сапог грязь, пригладил волосы — и только после этого, собравшись с духом, отправился в кабинет Щавеля.
Волшебник творил.
Он сидел за столом, грызя перо и наблюдая смутные картинки, кружащие в хрустальном шаре. Потом начертал на пергаменте несколько слов. Глотнул из кружки кофе. Повертел в руках трубку, собрался было ее набить, но передумал и снова начал писать.
Трикс терпеливо ждал.
— Я не выношу, когда кто-то стоит за спиной, когда я собираюсь работать! — отшвыривая перо, воскликнул Щель. — Что ты здесь делаешь?
К Триксу он упрямо не поворачивался.
— Учитель, мне нужен совет… — пробормотал Трикс.
— Какой еще совет? Ты сам волшебник! Ты меня прзошел! Иди в академию, если тебе нужны советы! — упро ответил Щавель.
— Учитель… я целую неделю ехал… — жалобно сказал Трикс. — На меня два раза разбойники нападали. А один раз волки гнались… Еще я отравился в таверне и у меня болел живот. Еще…
— Я что, лекарь? — Щавель наконец-то соизволил пернуться. — Или утешитель слабых духом волшебников? Волки, разбойники, живот… Доехал же? Доехал…
Трикс терпеливо ждал.
— Что тебе нужно? — спросил наконец Щавель.
— Учитель, почему вы меня прогнали? — спросил Трикс.
— Я? Прогнал тебя? — Щавель всплеснул руками. — Нет, ну вы это слышите… Я тебя не прогонял. Я честно признал твое превосходство, когда понял, что ты сделал.
— Но я не понимаю, что я сделал! — воскликнул Трикс.