Паклус озадаченно посмотрел на Трикса:
– Трикс, у тебя нет на примете капитана и команды?
Трикс покачал головой. И вдруг его посетила безумная мысль.
– А большая ли команда требуется?
– Человек пять-шесть, если готовы работать на совесть, – ответил трактирщик.
– Паклус… – обмирая от собственной решимости, сказал Трикс. – Знаешь, можно поговорить с одним человеком… он в какой-то мере капитан…
Паклус бросил на стойку еще монетку. Сказал:
– Готовь судно, добрый человек. Мы вернемся к вечеру. Пошли, Трикс.
Рыцарь и ученик волшебника вышли, провожаемые меланхоличными взглядами моряков и любопытствующим взглядом трактирщика.
– Как, говоришь, зовут твоего капитана? – спросил Паклус.
– Его зовут капитан Бамбура… – ответил Трикс, чувствуя себя так, будто с разбегу прыгает в ледяную воду. – Капитан Бамбура, ужас Хрустальных островов…
Надо сказать, что посетившая Трикса идея вообще-то предназначалась не ему. В Идеальном мире, где хранится всё, придуманное всеми, кто умеет придумывать, плодотворная идея «а что, если комедианты будут всерьез исполнять свои роли – бунтовщики бунтовать, военные – воевать, а изобретатели – изобретать» хранилась для других комедиантов. Ибо ничто так не веселит самих актеров, как попытка представить свои поступки на сцене воплощенными в жизнь. Но то ли от выпитого крепкого пива, то ли от страха за Тиану и отчаяния, Трикс уцепил эту идею за хвостик – и благополучно изложил Паклусу.
Ну а то, что Паклус идею одобрил, может объясняться либо выпитым в «Чешуе и когтях» пивом, либо тем полнейшим непониманием морского дела, которым отличаются только рыцари и гномы.
Здание театра, куда пришли Паклус и Трикс, окружала медленно расходящаяся толпа. Дети галдели на все лады, няни и гувернёры суетились вокруг, пытаясь придать движению своих подопечных правильное направление. Повсюду валялись пустые стаканчики из-под прохладительного и фруктового льда, коробочки из-под шербета и рахат-лукума. Какой-то малыш голосил во все горло:
– Еще! Хочу еще про Бамбуру и Альбу!
Трикс слегка приуныл. Судя по всему, в Дилоне выступления комедиантов пользовались популярностью. А Триксу, при всей его любви к лицедеям, сейчас хотелось бы увидеть пустой зал и голодных артистов, готовых за пару золотых наняться в матросы.
Суровый северный варвар у входа узнал Трикса и слегка кивнул. Видимо, каждый, кто хоть чуть-чуть приобщился к миру театра, становился среди комедиантов своим.
А вот на Паклуса варвар уставился с подозрением и положил руку на боевой молот.
Рыцарь в ответ гордо вскинул голову, так что борода задралась вверх, и опустил руку на меч.
Несколько секунд они изучали друг друга.
Потом варвар вынул молот из перевязи и протянул Паклусу рукоятью. Трикс подумал было, что варвар предлагает взять и оценить его оружие. Но ничуть не бывало! Длинным грязным ногтем варвар чиркнул по рукояти молота, будто отмерил кусок с ладонь длиной.
Паклус хмыкнул, достал свой меч и показал зарубку на рукояти.
Варвар прислонил молот к мечу и придирчиво сравнил отмеренные участки. У рыцаря он был длиннее.
– Хм, – с уважением произнес варвар. Снова повернул рукоять молота к рыцарю. Рыцарь молча повернул к варвару навершие меча. Они сложили рукояти оружия и внимательно осмотрели.
Рукоять меча оказалась толще.
Варвар занервничал. Он перехватил молот поудобнее и три раза вскинул его вверх. Потом, поколебавшись, поднял в четвертый.
Паклус засмеялся. И бодро отсалютовал мечом шесть раз подряд.
– Не может быть! – воскликнул варвар.
– Это если не в форме, – скромно произнес Паклус.
– Невозможно!
– Гномья кровь, – вполголоса произнес рыцарь.
Во взгляде варвара появилось уважение. Он склонил голову:
– Проходи, о доблестный муж.
Трикс и Паклус вошли в здание театра. Изнывающий от любопытства Трикс спросил:
– Что это было? Какой-то варварский обычай?
– Да, – подтвердил Паклус. – Варвары очень вспыльчивый и гордый народ. Если бы они каждый раз решали спор оружием, то быстро перебили бы друг друга. Поэтому испокон веков у них принят обычай меряться оружием. Я доказал, что превосхожу его по всем параметрам – и он признал мое превосходство.
– Вот это да! – воскликнул Трикс. – Ты сильнее этого громилы!
– Варвары – очень вспыльчивый, гордый и доверчивый народ, – туманно ответил Паклус. – Ну… где тут твой капитан Бамбура?