– Уважаемый дракон! Не знакомы ли вы с Элином?
– С каким именно? – вполне вежливо уточнил дракон.
– С Элином Абулла… – Трикс осекся. – Боюсь, я не вправе называть его тайное имя полностью.
– Разумно, – кивнул белый дракон. – Но я, кажется, знаю, о ком идет речь. Это такой небольшой дракон… который не очень любит свое третье имя?
– Ага, – обрадовался Трикс. – Он самый. Наверное, ваш товарищ по играм?
– Что? Буду я играть с мальчишками! – возмутился белый дракон. – Тем более такими хвастунами и воображалами! Иди вон туда, на холм. Их семейство там обосновалось.
– Огромное спасибо, уважаемая… э… к сожалению, не знаю вашего имени, – сказал Трикс.
– И не узнаешь, – фыркнула юная дракониха. – Мне родители велели с незнакомыми людьми не знакомиться.
Трикс с Иеном сменили направление и принялись подниматься на холм, лавируя между спящими драконами и криком разгоняя гуляющих. Идти было трудно – оросительные канавы были разрушены, земля под ногами растоптана драконами, и все превратилось в мокрую вязкую кашу. Но на вершине холма и впрямь устроилась знакомая Триксу семейка. Похоже, Зуа Хамид был уважаемым драконом, раз занял такое удобное место.
– Элин! – закричал Трикс, приближаясь. – Зуа!
Оранжевые драконы повернули к нему морды. Желтая дракониха спала, уткнувшись в нее носами, спали и старшие отпрыски.
– Добрался, – пророкотал Зуа. – Что ж, будешь гостем. Как там наш оазис?
– Все в порядке, – сказал Трикс. – Знакомьтесь, это Иен.
Зуа Хамид с подозрением посмотрел на Иена. И возмущенно воскликнул:
– Рыцарь???
– Нет, только оруженосец! – запротестовал Трикс. – И мой друг!
– Друг… – огорченно сказал Зуа. – Не люблю ни рыцарей, ни оруженосцев…
– Почему? – обиделся Иен.
– А тебе нравятся те, кто все время пытается воткнуть в тебя острые железяки, подбрасывает бараньи туши, начиненные отравой, и швыряется заклинаниями?
– Отравленные туши – это не рыцари! – горячо сказал Иен. – Это нечестно. И вообще, рыцарь вызывает дракона на бой, только если тот похищает прекрасных дам или крупный рогатый скот!
– Да уж, да уж! – сказал Зуа, но как-то более примиряюще. – Прям вот больше нам нечего делать…
– А как ты понял, что я рыцарь… ну, то есть оруженосец? – спросил Иен. – Гордая поступь? Смелый взгляд? Широко расправленные плечи?
– Запах пасты алхимика Кои для чистки и полировки доспехов, – ответил Зуа. – От всех оруженосцев и рыцарей ею несет.
Иен сконфуженно посмотрел на ладони. Пробормотал:
– Как я эту пасту не люблю… Зеленая, вонючая… Сидишь, трешь ею доспехи, пока не заблестят…
– Но паста хорошая, – примиряюще сказал дракон. – Когда случается ее добыть, мы всегда начищаем чешую.
– А где вы ее берете? – заинтересовался Иен.
Но дракон почему-то от ответа уклонился. Повернул голову к Триксу и сказал:
– Как твои дела, Трикс? Ты решил перед возвращением домой посмотреть на Дахриан или…
– Я хочу, чтобы не было войны, – твердо сказал Трикс.
– Какая настойчивость, – умилился Зуа. – Знаешь, ты чем-то напоминаешь мне моего шалопая!
– Папа! – Элин возмущенно взмахнул крылом. – Я не шалопай!
– Однако, – игнорируя сына, продолжил Зуа, – шансов на это очень мало. Завтра утром Великий Визирь обратится к нам. Скорее всего он прикажет сразиться с Прозрачным Богом. Я видел в городе волшебника витамантов…
– Я тоже, – кивнул Трикс.
– Если с Прозрачным Богом сразятся разом колдуны Самаршана, армия султана и мы, драконы, то у нас есть все шансы на победу!
– Не понимаю! – Трикс от возмущения топнул ногой. – Он же просто волшебник! Не бывает волшебников таких сильных, чтобы они в одиночку сражались с целой армией! В чем его секрет?
– Хотелось бы мне знать, – ответил Зуа. – Само существование человека, владеющего волшебством такой силы, вызывает в драконах смущение и трепет.
– Поэтому вы и готовы сразиться с ним, – догадался Трикс.
– В первую очередь мы связаны клятвой, – возразил Зуа. – Но столь опасный человек заслуживает уничтожения в любом случае.
– Хорошо, – сказал Трикс. – В чем его сила, вы не знаете. Тогда скажи другое – кому вы подчиняетесь? Великому Визирю?
– Вообще-то султану Абнувасу, – сказал дракон, подумав. – Но султаны чаще отдают приказы устами своих визирей. Что же касается Абнуваса, то за него всегда говорит визирь.