Дальше – больница. Бесконечные вопросы врачей, сочувствующие взгляды медсестёр, от которых хотелось лишь спрятаться. Мать, с красными от слёз глазами, пыталась поговорить, обнять, но прикосновения казались чужими, раздражающими. Слова утешения звучали фальшиво, словно заезженная пластинка. После выписки кошмар продолжился. Квартира превратилась в клетку, а мир за её пределами – в опасную, враждебную территорию. Чувство одиночества сдавливало горло, как ком, не давая дышать. Казалось, весь мир отвернулся, оставив её наедине со своими демонами. Каждый день начинался с ненависти к себе. Она видела в зеркале лишь отражение слабой, никчёмной девушки, неспособной справиться с жизнью. Отвращение к своему телу, к своим мыслям, к самой себе становилось невыносимым. Еда не приносила насыщения, сон – покоя, а книги и фильмы лишь напоминали о той жизни, которой у неё никогда не будет. Идея о смерти не покидала её, а лишь становилась более навязчивой. Она начала планировать снова, более тщательно, более обдуманно. На этот раз не должно быть ошибок. Однажды ночью, когда город погрузился в сон, она снова достала лезвия. Чувство одиночества достигло своего апогея. Она понимала, что никому не нужна. Ни матери, уставшей от её "проблем", ни друзьям, отвернувшимся после слухов, ни этому жестокому, равнодушному миру.
Лезвие дрогнуло в руке, но вместо пореза её пальцы вдруг сжали металл так сильно, что ладонь пронзила острая боль. Не смерть, а злость. Жгучая, первобытная злость захлестнула её, вытесняя отчаяние. Злость на себя, на мир, на Лизу, на равнодушных прохожих, на всё и вся. В ярости она швырнула лезвие в стену. Оно отскочило, упав на пол с тихим звоном. Она закричала, раздирая горло, и начала крушить всё вокруг. Книги полетели на пол, посуда разбилась вдребезги, подушки были разорваны в клочья. В этом безумном вихре она выплёскивала свою боль, свою ненависть, свою безысходность. Когда ярость утихла, она рухнула на пол, обессиленная и опустошённая. Вокруг царил хаос, отражение её внутреннего состояния. Но в этой разрухе появилось что-то новое – нежелание сдаваться. После этого она замкнулась в себе окончательно. Мир за дверью перестал существовать. Она не отвечала на звонки матери, игнорировала сообщения, не открывала дверь. Еда, сон, гигиена – всё было заброшено. Лишь иногда она выползала из своей комнаты, чтобы набрать немного еды или воды. Вскоре, её сознание начало играть с ней злые шутки. В углах комнаты мерещились тени, по ночам она слышала шёпот, в зеркале видела не своё отражение, а злобную гримасу. Галлюцинации становились всё более яркими и пугающими. Ей казалось, что стены квартиры сжимаются, душат её. Она понимала, что сходит с ума, но ничего не могла с этим поделать. В этом не было смысла. Нет смысла выходить из дома, нет смысла бороться, нет смысла жить. Она превратилась в тень, блуждающую по своей квартире, потерянную в лабиринте собственного безумия. Агрессия стала её единственной защитой от внешнего мира, а галлюцинации – единственными собеседниками. В этом аду она медленно, но верно, угасала, забытая всеми и ненужная никому.
отвращение
Квартира превратилась в удушливый кокон. Паутина пыли повисла в углах, словно траурные флаги, а смрад немытого тела и прокисшей еды въелся в стены. Она лежала на продавленном диване, среди обрывков газет и пустых пачек из-под сигарет, словно выброшенная кукла. Месяц за месяцем тонули в болоте апатии, оставляя после себя лишь ощущение беспросветной бессмысленности. Ещё недавно она яростно бунтовала, крушила всё вокруг, но теперь даже на это не хватало сил. Однажды, копаясь в старом ноутбуке, который чудом ещё работал, она искала что-то, что смогло бы хоть на миг отвлечь её от гнетущей реальности. Случайным образом наткнулась на давнюю закладку - ссылку на сайт, торгующий наркотиками. Раньше, при виде подобного, её передергивало от отвращения. Но теперь… Теперь, когда жизнь представляла собой непрекращающуюся пытку, эта мысль начала казаться соблазнительной.
Ей нужен был выход. Не обязательно эйфория или безудержное веселье, ей нужна была анестезия. Что-то, что отключит сознание, приглушит боль, избавит от кошмара, в который превратилась её жизнь. Она потеряла веру во всё: в любовь, дружбу, в светлое будущее. Осталась лишь безнадёжность и отчаянное желание убежать от себя. Наркотики представлялись ей единственным шансом вырваться из этого ада.
С дрожью в пальцах она открыла сайт. Яркие картинки, обещания неземных ощущений, эйфории и полной свободы… Она судорожно изучала каталог, просматривая описания таблеток, порошков, курительных смесей. Её взгляд метался от одного предложения к другому, пока не остановился на средстве, обещавшем "глубокое расслабление и полное умиротворение". Именно это ей было нужно.