Твоя Катя."
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
Комната казалась пустой, хотя раньше в ней всегда витал дух Кати. Ее смех, ее дурацкие шутки, ее вечные поиски второго носка – все это словно впиталось в стены, а теперь, когда Кати нет, эти стены давили своей тишиной.
Я сидела на кровати, сжимая в руках старую фотографию. Катя и я, летние, счастливые, обнимаемся на фоне моря. Тогда казалось, что у нас впереди целая вечность. Вечность, которую у нас украли. Пальцы невольно гладили знакомое лицо на снимке. Как же я скучаю по ее нелепым историям, по ее умению видеть хорошее в каждом дне, по ее безудержной энергии. Катя умела освещать все вокруг, даже самые темные углы. А теперь ее свет погас. В горле стоял ком, и слезы, предательски, снова навернулись на глаза. Я не плакала только тогда, когда спала, и даже во сне мне снилась Катя. Снилась живой, улыбающейся, зовущей меня за собой. Но я знала, что это всего лишь сон. Как жить дальше без нее? Без лучшей подруги, без родственной души, без человека, который знал меня лучше, чем я сама? Вопрос повисал в воздухе, не находя ответа. С каждым днем боль не утихала, а становилась только острее. Я чувствовала, как будто часть меня умерла вместе с Катей. И как собрать себя по кусочкам, как снова научиться дышать полной грудью, я не представляла. Но я знала одно: я должна жить дальше. Ради Кати. Ради того, чтобы сохранить ее память, чтобы рассказывать о ее жизни, чтобы не дать ее свету погаснуть окончательно. Я должна жить так, чтобы Катя гордилась мной. И пусть сейчас мне больно, и пусть сейчас я чувствую себя потерянной, я знаю, что когда-нибудь боль утихнет, а свет Кати будет светить мне в темноте. Я обещаю ей, что не сдамся.
Дни превратились в серую карусель, где каждый оборот болезненно напоминал об утрате. Учеба скатилась в пропасть, лекции пропускались, зачеты проваливались. Комната утопала в хаосе – грязная посуда, разбросанные вещи, окурки, свидетельствовавшие о бессонных ночах, полных тоски. Общение с миром сузилось до телефонных звонков матери, полных слез и мольбы. "Ксюша, возьми себя в руки! Катя бы этого не хотела!" - звучало в трубке, но слова казались пустыми, не достигали сознания. Желание что-либо менять испарилось. Случайная встреча в клубе перевернула все. Знакомый знакомого, улыбка, казавшаяся тогда спасительной, взгляд, полный понимания. Разговор затянулся, а предложение попробовать "кое-что, чтобы расслабиться" прозвучало почти естественно. Отказ не пришел в голову. Первый раз – как вспышка света в кромешной тьме. Эйфория, забвение, иллюзия счастья. На мгновение боль отступила, и мир снова заиграл красками. Но иллюзия длилась недолго. Когда действие закончилось, пустота вернулась, став еще больше, еще гнетущей. Повтор. Снова клуб, снова знакомый, снова доза. Зависимость росла, требуя все большего и большего. Деньги уходили как вода, учеба окончательно заброшена, мать – в отчаянии. Жизнь превратилась в погоню за кратковременным кайфом, в бегство от реальности. Память о Кате стиралась, уступая место жажде новой дозы. Совесть молчала, заглушенная химическим дурманом. Зеркало показывало чужую, измученную особу с потухшим взглядом. Бывшая жизнерадостная девушка превратилась в тень, идущую по наклонной. Дно приближалось с каждым днем.
День 1. Бездна Тишины
Пробуждение – это не рассвет, а скорее медленное, болезненное возвращение из небытия. Тяжелые веки с трудом разлепляются, открывая взору хаос комнаты. Ошметки вчерашнего дня – пустые пачки сигарет, рассыпавшийся пепел, недопитый кофе, ставший горьким и холодным. Запахи смешались в удушающую смесь, въевшуюся в стены, словно воспоминания. Первая мысль – Катя. Удар под дых, острая боль, пронизывающая все тело. Ее нет. Никогда больше не будет. Слова, которые застревают в горле, не давая дышать. Она лежит, не двигаясь, вцепившись в одеяло, словно пытаясь удержать себя от падения в бездну. Комната словно давит, стены надвигаются, потолок грозит обрушиться. Тишина – самый громкий звук, режущий слух своей пустотой. Подняться – непосильная задача. Нужно приложить усилие, чтобы сдвинуть тело с места, чтобы просто сесть на кровати. Каждое движение – как борьба с невидимым противником.
Голод не ощущается. Есть отвращение к еде, к любым попыткам накормить себя. В горло не лезет ни крошки. Единственное желание – курить. Никотин – короткий миг забытья, иллюзия облегчения. День проходит в полузабытьи. Она перебирает вещи Кати, трогает ее одежду, вдыхает ее запах, пытаясь удержать ускользающую память. Каждая вещь – укол в сердце, напоминание о том, чего больше нет. Вечером приходит мать. Слезы, уговоры, попытки утешить. Ксюша слушает, не слыша, смотрит, не видя. Она существует в вакууме, отгородившись от мира стеной горя. Мать уходит, сломленная и обессиленная. Ночь – время кошмаров. Катя снится живой, улыбающейся, зовущей ее. Пробуждение – еще более жестокое, чем засыпание. Реальность – бессердечная и беспощадная.