Я оборачиваюсь через плечо и хмурюсь. Я ему не верю, слишком уж глаза у него хитрые и выражают ничего кроме издевки.
— И мои сообщения были бы простительны, — Арсений насмешливо улыбается уголками губ, — если бы ты была моей любовницей, а так, я согласен, они были неуместными и слишком провокационными.
Пропускаю мимо ушей намек на то, что я могла бы быть его любовницей. Он даже в извинениях умудряется меня жутко смутить.
— И вам стыдно? — задаю я вопрос, не обдумав его хорошенько, прежде чем открыть рот.
— Определенно. Попытка соблазнить подчиненную в женском туалете… — он с наигранным осуждением качает головой. — Как я мог перепутать туалеты? Возможно, все-таки ты заблудилась, а не я?
— Это вы заблудились.
— Минутку, Венера, — Арсений касается экрана смартфона, пролистывает контакты и кому-то звонит по громкой связи.
— Да? Я слушаю, — кокетливо воркует голос Дашки.
— Дарья, вчера на корпоративе ты искала Венеру, — смотрит на меня не мигая. — Так?
— Ага.
— Ты подошла ко мне и спросила, а не видел ли я ее, — без тени смущения продолжает разговор Арсений
— Так.
— Что я ответил? — он обнажает зубы в улыбке.
— Что она в мужском туалете, — Дашка мурлыкает в трубку, как кошка во время гона.
— И ты ее там отыскала? — Арсений прожигает меня насквозь взглядом.
— Верно.
— Благодарю, Даша, — сбрасывает звонок и откидывается назад на спинку кресла. — Я думаю, что моя попытка тебя соблазнить, Венера, была спровоцирована тобой. Вероятно, я посчитал, что ты с конкретными целями последовала за мной в туалет и подгадала удачный момент.
— Мы можем закрыть туалетный вопрос? — у меня дрожат пальцы от гнева и волнения. — Я могу предположить, что между нами случилось некоторое недопонимание, потому что я тоже была пьяна.
— И тебе стыдно? — Арсений с желчной ухмылкой возвращает мне вопрос.
— Верно, — твердо смотрю в его колкие и холодные, как у голодной рептилии глаза. — Я могу вернуться к работе?
— И жду, чтобы количество заявок по Долине Счастья увеличилось, — он стучит пальцами по бумагам, что я принесла. — Я поставлю риелторам новый план, который им придется выполнить через месяц.
— Тогда мой совет — надо увеличить бюджет рекламной кампании. Повторюсь, я добилась минимальных затрат на таргет, — я хочу разбить о голову Арсения его ноутбук.
— Обсуди этот вопрос с Дарьей.
— Этим я и займусь, когда вы соизволите меня уже отпустить, — хватаюсь за ручку и зло стискиваю ее.
— И, возможно, тебе стоит объяснить риелторам про лиды, — шуршит сердитым песком голос Арсения.
Мы смотрим друг другу в глаза, и я не стану в этот раз отводить взор.
— Они об этом в курсе, просто их не привлекает работа с жильем эконом-класса, и вы прекрасно об этом знаете, Арсений. И в мои обязанности не входит, чтобы я объясняла элементарные вещи… — делаю многозначительную паузу и продолжаю сквозь зубы, что неприятно поскрипывают от злости, — риелторам. Если они не знают, что отрабатывать заявки надо сразу, как они высветились в системе, то они, мягко скажем, плохие специалисты.
— Свободна, — Арсений щурится на меня, и я выхожу с гордо поднятой головой.
Мне надо прийти в себя, остыть и настроиться на рабочую волну, поэтому я иду на кухню под предлогом сделать кофе и минут пять пялюсь на потолок, стоя у кофемашины. Буду искать новую работу. Обсужу вопрос увеличения бюджета на рекламу Долины Счастья и сяду за просмотр вакансий. Опыт у меня хороший, и мне не стоит бояться того, что буду куковать без предложений от потенциальных работодателей.
Вибрация в кармане, и я чуть не вскрикиваю от испуга. Минуту не осмеливаюсь заглянуть в телефон, ведь я боюсь, что это Арсений мне опять написывает всякие гнусности, но когда вижу, что мне прислала сообщение старшая сестра, выдыхаю.
Анфиска: Надо встретиться и поговорить. На обеде.
По спине пробегает озноб тревоги. Обычно Анфиса добавляет в конце сообщений смайлики или звонит лично, а тут безэмоциональные слова наталкивают на плохие мысли, которые я решительно отметаю.
Глава 6
— У вас что-то было с Арсением? — спрашивает Дашка, подгадав момент, когда Аня выходит из кабинета.
Глаза у нее горят нездоровым любопытством, а щеки тронуты легким румянцем.
— Что за вопрос, Даш? — возмущенно смотрю на нее из-за монитора.