– Ты, кстати, это… – начал Артем, остановившись возле меня. – Как вообще?
По сравнению с тем, каким ярким и заводным он был во время обсуждения книги, сейчас парень выглядел немного неуклюже и озадаченно. Словно говорящий плюшевый мишка с посажеными батарейками. Я удивленно посмотрела на него:
– Да нормально, – я не понимала сути вопроса, и ответ было подобрать тяжело. – А ты… как?
– Да тоже, – Артем прикусил губу, а потом продолжил, – Ты извини… знаю, что так вину не загладить, но мне правда жаль. Мы с Наташей перестали общаться с Колей, Даша тоже. Как там Лиза? Думаешь, нам можно навестить ее?
Я обернулась, словно ощутив острый взгляд на своем затылке. Словно кто-то должен был нас подслушивать. Но, на самом деле, я просто не представляла, что делать в такой ситуации, и потому пыталась сделать хотя бы что-то.
– Я… я не знаю, не совсем понимаю.
Наступило очередное неловкое молчание. Наверное, Артему показалось, что я обдумываю ответ, но в голове у меня стояла кромешная пустота.
– Что ты не понимаешь? – парень приподнял одну бровь.
– Я просто… я не знаю, что случилось. Настя мне ничего не говорит.
Искусственная улыбка образовалась на моем покрасневшем лице, и тут же испарилась, как только я лоб в лоб столкнулась с ошарашенным выражением лица Артема. Он несколько раз открывал рот, но, не зная что сказать, вновь закрывал его. Я почувствовала себя объектом издевательств, прекрасно понимая, что шок парня – самая честная эмоция, которую я видела за последние дни.
– Возможно… она не готова. Но расскажет, как придет время.
– Да, возможно, – резко ответила я.
Мы замолчали, но диалог ощущался незаконченным. Напряжение тонким лезвием проходило сквозь весь кабинет, вонзаясь прямо в легкие, затрудняя дыхание.
– Ты правда не знаешь, что Коля сделал? – вопрос был четкий и прямо в лоб. – Извини, но ты уже взрослая девочка, и должна все понимать.
– Я не знаю…
– Слушай, я должен кое-что спросить, ты мне позволишь? – Артем смотрел прямо на меня. Его голубые глаза были наполнены решимостью и желанием вытащить из меня все. Всю честность и справедливость, всю ложь и гниль. Все, что таилось в моем фальшивом, невинном взгляде. – Коля разговаривал с тобой по телефону, это ведь так? Он сам рассказал нам. Скажи, это правда?
Бежать от очевидного уже не было смысла. Я попалась. Попалась прямо в капкан. Дыхание сбилось, сердце стучало с бешеной скоростью, а руки казались лишними – я не понимала, куда их деть. Я не сдержалась: пристальный взгляд Артема окончательно сломил мою волю, заставив отвести глаза.
– Это же ты уговорила Настю прийти?
Земля ушла из-под ног. Шум в ушах заполонил все пространство вокруг меня. Слова пулями вылетали изо рта Артема и ранили сильнее, чем все, что со мной когда-либо происходило. Но глубоко в душе я понимала: меня ранит не Артем. Меня ранит жгучая, пронзительная, горькая правда.
Настя не хотела на вечеринку. Вернее, хотела, но ссора, произошедшая между ней и Колей накануне встречи, в корне изменила ее мнение. Я впервые увидела ее такой: зареванной, с растекшейся тушью и потускневшими волосами. Настя любила хлопать дверью, обычно это были хлопки злобы, упрямства, физическое выражение своего огненного нрава. В тот день Настя тоже хлопнула дверью, но совсем иначе: обессиленно, измученно и печально. Ее привычку ничего не рассказывать и страдать в одиночестве я обнаружила уже тогда: она так ничего мне и не рассказала. Но было кое-что, отличающее эти две ситуации друг от друга. После ссоры с Колей Настя четыре дня подряд куда-то уходила, а на вопросы, по своему обыкновению, не отвечала. Лишь просила меня прикрыть ее перед бабушкой.
– Если че, я к Коле, – бросила она.
– Так вы же поссорились.
– Лиз, ну очевидно же, – Настя закатывала глаза и нервно махала руками, – что для бабушки я у Коли. С ним я больше никогда в своей жизни не свяжусь! Все, вернусь поздно.
Возвращалась она поздно вечером, но строго соблюдала комендантский час. Не хотела проблем. Бабушка спала, а в квартиру, с приходом Насти, резко врывался пахучий запах дешевого алкоголя из магазина в соседнем дворе. Я ничего не спрашивала, лишь смотрела на спутанные огненные волосы сестры, побитые коленки и пачку сигарет, неосторожно выпавшую из кармана запачканных шорт.