Я чувствовала себя на голосовании, так еще и голос мой был громче остальных. Не потому, что я стремилась высказать родственникам свое мнение, а потому, что он попросту был решающим. Но вот в чем загвоздка: бабушка была гораздо лучшим оратором и имела продвинутый навык убеждать. Ее слова были цепляющими, аргументированными, она словно знала, какие именно вопросы витают у тебя в голове и заранее давала ответы на них, прежде чем ты успевала их озвучить. Конечно, преимущественно я выбирала ее сторону. Настя расстраивалась.
– Настя, ну нельзя туда идти так поздно! – кричала бабушка. – Там же уже темень! Вон, фонарь неподалеку перестал работать, так там еще и собаки наверное! Я же с ума сойду!
– Да какие собаки там? Восемь часов вечера! – махала руками Настя. – Я просто хочу погулять с друзьями!
– Никуда я тебя не пущу, сиди дома. Вон, возьми книжку почитай, как сестра твоя!
Хотела я или нет – я вечно оказывалась крайней в этой непрекращающейся войне. Бабушка смотрела на меня, ожидая поддержки.
– Сейчас…– начинала я. – правда не время, давай погуляем днем…
– Дура, вечно ты так, – поджав губы, по-детски хныкала сестра. Ее рыжие волосы в эти моменты будто становились еще ярче. Она прямо-таки воспламенялась от гнева, разбрасывая дерзкие слова, обретаемые форму огненных шаров, и ловко попадая точно в цель. – Какая же ты скучная, так и будешь вечно с бабушкой на кухне сидеть. Бесишь меня.
Затем следовал протяжный крик и грохот двери, а позже тяжелый вздох бабушки и вязкая, продолжительная, давящая тишина.
Так происходило из раза в раз. На более спокойные и мирные идеи Насти я соглашалась (разрисовать мелками дорогу во дворе, попить чай из термоса на озере), но чаще всего ее планы доходили до абсурда. По правде говоря, я тоже расстраивалась. Садилась с бабушкой за кухонный стол, доставала старенькую книгу с пожелтевшими страничками и активно делала вид, что читаю, пока в голове вертелись обрывки обугленных фраз: Дура. Скучная. Бесишь. Скучная. Скучная. Скучная.
В один из таких дней мне надоело быть скучной. И я сказала «да».
ГЛАВА 1. ТО, ЧТО НЕ ДОЛЖНО БЫЛО СЛУЧИТЬСЯ
– Лиз, не обижайся, конечно, но тебе тоже следовало принарядиться. – Хихикнула Настя, поправляя свое огненное платье-футляр. – Там будет много симпатичных парней, тебе-то так и так кто-то понравится. А кому ты понравишься? Да блин, Лиз, ну давай домой вернемся.
– Да не хочу я, – мой тон оставался нейтральным, но глубоко в душе таилась гнетущая тревога. – Мне и так хорошо. Если я принаряжусь, у бабушки будут вопросы. Да и вообще, я туда из любопытства иду, а не парня себе искать. Там точно одни придурки.
– Может, и так, – игриво продолжала сестра, – но Коля – это другое дело. Он вообще на них всех не похож. Коля заботливый, чуткий, так еще и каждый раз что-то интересное придумывает. Вот недавно он мне говорит такой - голос Насти сделался ниже и грубее: «Твои волосы как закат в начале мая, а глаза цвета коры мудрого древа…».
Я не сдержалась и залилась хохотом. Настя посмотрела на меня косо и с легким укором:
– Смейся, смейся! Такие поэтичные парни на дороге не валяются!
Я решила ничего не отвечать. На дворе стоял июнь, солнце не жалело нас и припекало все сильнее. Ветерок был совсем слабый. Лишь тихонько шумел зелеными листьями дворовых деревьев, слагая из их шелеста мелодичную симфонию. Во дворах играли маленькие дети, громко смеясь и подпрыгивая, словно волейбольные мячики. Былая тревога начала улетучиваться, а тягучее чувство предвкушения медленно растекалось по всей груди. Я шла и думала: «Вот бы запомнить этот момент навсегда», даже не подозревая, что уже через пару дней захочу его навсегда забыть.
Настя все продолжала говорить о Коле. Это было забавно, но я была счастлива видеть сестру такой: с блестящими глазами и очаровательной, нежной улыбкой. Сейчас ее «красный» все меньше походил на цвет несокрушимого огнива, и все больше на согревающее пламя походного костра. Мы шли по тропинке, лишь изредка останавливаясь, чтобы поздороваться с детворой или соседями, а еще погладить ласковых местных котов.
Когда мы увидели «смешной зеленый дом», как про него любила говорить Настя, на улице уже вечерело. Ветер стал настойчивее и шаловливее, теперь он играл не только с ветками деревьев, но и нагло путал нам волосы, щекоча ими улыбчивые, счастливые лица. На небе разлился багряно-алый закат, словно кто-то неосторожно разлил банку с разноцветными красками. Я посмотрела на дом: выглядел он совсем не так, как остальные дома в этом обветшалом районе. Двухэтажная постройка, явно совсем новая, пока еще не потрепанная временем, свежая нежно-зеленая краска, аккуратная треугольная крыша. Дом будто скопировали из американского сериала и совершенно случайно вставили между дряхлых одноэтажных гнездышек.