Подходя ближе, я начала разглядывать в окнах силуэты: ребята примерно нашего возраста, мальчишки и девчонки. Кто-то стоял, одной рукой опираясь на стену, а другой придерживая стеклянную бутылку, другие же, хохоча и размахивая руками, кружились в танце. Жизнерадостные улыбки, громкая музыка и ребяческий задор. Казалось, одно мгновение этих ребят вмещает в себя больше жизни, чем вся моя жизнь.
«Вот черт, – подумала я, – я не впишусь»
На лбу проступил холодный пот, глаза забегали туда-сюда. Мысли завертелись по кругу, превращаясь в один расплывчатый туманный клубок. Ноги стали неустойчивыми, отказываясь выполнять свою роль. Сердце окутала паника. Раздался Настин голос в голове: «Дура. Скучная. Бесишь. Скучная. Скучная. Скучная…». Взгляд застлала густая пелена. Я посмотрела на свой наряд: футболка и джинсы. На руки: трясутся. Снова посмотрела на окно: веселье, хохот, яркие огни.
«Я не впишусь»
Паника окутала меня с головой.
«Дура. Скучная. Бесишь. Скучная. Скучная. Скучная…»
– Вот это да! Похоже, там много народу! – Настин голос вывел меня из транса. – Я позвонила Коле, сейчас он нас встретит.
Пребывая в состоянии паники, я даже не заметила, как Настя кому-то там звонила. От осознания того, что нас встретит тот самый поэтичный и очаровательный Коля, легче не становилось. Сердце колотилось как бешеное, повторяя ритм энергичной музыки, раздающейся из дома. Перед глазами начали метаться сотни и тысячи «а если…»
«А если бабушка права?»
«А если они надо мной посмеются?»
«А если я скажу что-то лишнее?»
Вид в окне казался параллельной реальностью, куда я ни за что и никогда не должна была попасть. Вспомнились все суровые наставления бабушки, вбитые гвоздями в мое впечатлительное сердце. Все угрожающие слова, вложенные в мои широкие карманы. Я потеряла грань между хорошим и плохим, между причинением заботы и нанесением вреда. Пока я стояла в ступоре, тревожно перебирая навязчивые мысли, прямо перед моим лицом распахнулась дверь.
– Коля-я-я-я-я! – Крикнула Настя, падая в объятия своего лиричного друга.
– Шикарно выглядишь.
Я встряхнула головой, старательно отгоняя последние обрывки беспокойных фраз, и, сквозь пелену тревоги, осмотрела Колю. Выглядел он еще лучше, чем на фото. Несмотря на легкую неприязнь к такой сомнительной персоне, с моей стороны было бы глупо отрицать: парень оказался симпатичным. Его внешний вид даже успокоил меня, уж очень хотелось доверять этим расслабленным серо-голубым глазам. В голову сразу же полезло сотни прилагательных и эпитетов, описывающих его притягательную внешность. Резко стало понятно, почему Настя так зациклилась на нем, и почему за последние дни любой наш диалог неизменно сводился к обсуждению кокетливого русого парня.
– Это Лиза, – радостно представила меня сестра. – Она немного скромная, но милая.
Обвинение Насти поставило меня в тупик, но я, решив не подавать виду, смело протянула руку. День еще не начался, а я уже испытала целую бурю эмоций. Видела бы меня сейчас бабушка, наверное, отчитала бы.
– Коля, приятно познакомиться, – улыбнулся парень. Моя рука напряженно висела в воздухе несколько секунд, довольно тяжело было ее игнорировать или не замечать, но Коля справился с этой задачей отлично. Совершенно не стесняясь нового знакомства, он подошел и обнял меня за спину, крепко прижавшись ко мне всем телом и задержавшись так на несколько секунд. Этот жест был абсолютно не романтичным и не ласковым, скорее братским, по-доброму товарищеским.
Я взглянула на сестру: ни тени смятения или ревности не было на ее веснушчатом лице, лишь по-прежнему сияла игривая лучезарная улыбка. Даже носик будто на мгновение вздернулся, поддерживая приятельскую атмосферу.