Находясь в расслабленном состоянии, я никак не ожидала того, что будет дальше. Музыка продолжала пронзительно резать слух, а светодиоды сменились с радужных оттенков на багряно-красный, когда Настя рывком выскочила из соседней комнаты. Лишь в тот момент меня осенило: все это время сестра была не в поле моего зрения. Я так заболталась с Дашей, что забыла где и с кем нахожусь. Мы резко повернули головы на Настю, когда та, молниеносно вылетая из дома, с грохотом хлопнула входной дверью. Кто-то испугался и выключил музыку. Раздался обеспокоенный женский «ах». Ребята начали шептаться. Мы с Дашей обменялись встревоженными взглядами и, не теряя время, мигом выскочили на улицу вслед за подругой.
Солнце успело спрятаться за горизонт. Темно. Холодно. Поднявшийся ветер пробежался по открытым рукам, оставляя след из мурашек. Не видно ни зги, и непривычно громко шелестит буйная трава. Настя продолжала мчаться вперед, только теперь было ясно: конечной цели у этого побега нет. Ее лишь все больше и больше окутывала немая пустота, темень прохладного июльского воздуха.
– Настя-я-я-я-я! – закричала я. Тот момент ощущался гораздо более спокойным, чем может показаться. Я была встревожена, но страха не испытывала. Что может случиться? Настя, конечно, часто попадала в разные передряги, но всегда выбиралась сухой из воды, без исключений. – Настя! Настя-я-я-я-я! Ну вернись! Что ты делаешь?
Внезапно Настя остановилась. Она встала спиной к нам, так что мы совсем не видели ее выражения лица, и даже предположить не могли, почему она так резко упала на колени. Ее силуэт замер в темноте, и лишь ярко-красное платье выделялось среди кромешного мрака.
– Настя! Что происходит? – Продолжала я. У прохода начали собираться остальные ребята, обмениваясь предположениями и тыча пальцами в замершую на месте Настю. Кто-то толкнул меня в плечо.
– Она пьяная, походу.
– Белку, что ли, словила?
– Она мне сразу показалась со странностями…
Ребята суматошливо разбрасывались мнениями и претензиями, да так активно и беспорядочно, что спустя несколько секунд все это превратилось в один большой укоризненный ком.
– Настя! Насть!...– кричала я на последнем издыхании. – Я сейчас подойду!
Я зашагала, пробираясь сквозь пелену тьмы, пока ветер злостно путал мне волосы, попадая ими прямо в глаза. Он будто не хотел, чтобы я видела Настю, не желал, чтобы я к ней подходила. Он играл со мной, обмораживая руки и заставляя коленки дрожать. Я съежилась, пряча лицо и схватив себя за локти, чтобы хоть капля тепла осталась в моем теле.
– Настя…
Сестра сидела на траве и смотрела куда-то вдаль. Не успела я разглядеть ее лица, как она, то ли от страха, то ли от холода спрятала его в ладошки. Я видела: она дрожит, волосы окончательно спутались, а по шее текут капельки слез.
– Настя, пожалуйста, – тихонько шепнула я, медленно отодвигая руки Насти от ее лица. – Что произошло?
Сестра положила ладони на трясущиеся колени. Я слышала стук зубов, а когда посмотрела на ее лицо, внутри у меня все сжалось. Настя сидела, склонив голову ближе к груди, лицо ее было красное и опухшее. Взлохмаченные волосы, ранее жгучие и пламенные, казались сейчас совсем бледными. Даже звездочки-веснушки начали теряться на ее болезненном лице.
«Это не Настя», – подумала я и отшатнулась. Дыхание участилось.
«Это не она». Сердце билось быстрее с каждой секундой.
Но это была она. Маленькое и обессиленное тело неподвижно сидело посреди лужайки, и лишь плечи ее двигались в такт порывистому дыханию. Я села рядом и посмотрела на сестру. Глаза ее горели такой горечью, какой раньше я никогда не видела. В голове моей крутились самые разнообразные мысли, и ни одна из них не казалась хоть чуточку достоверной. «Ну это же Настя! Что с ней могло произойти?». Сердце щемила жалость и беспощадный интерес, но я не хотела торопить сестру. Мы продолжали сидеть молча. Она смотрела то ли на траву, то ли сквозь нее. А я изучала новую Настю, наблюдая, как тихонько, капля за каплей, по ее покрасневшему лицу текут безмолвные слезы. Мы просидели так несколько минут. И лишь когда на щеке сестры высохла последняя горькая слезинка, она заговорила:
– Это алкоголь? – произнесла Настя охрипшим голосом, жестом указывая на мой красный стаканчик, о котором я уже напрочь забыла.
– Да, – ответила я и без лишних слов протянула его сестре.