Мне тут же бросаются в глаза десять пропущенных от Влада и все за вчерашний день. Я испытываю стыд за то, что вот так вот пропала. Поэтому сразу же набираю другу.
Телефон довольно долго предательски молчит и мне в голову закрадываются неприятные предчувствия.
Поэтому я упорно продолжаю звонить и вот он берет трубку.
- Привет! Ну ты как?! Извини, что пропала!
- Майор Соломенный слушает, - хмуро отвечает мне голос. - Прекратите сюда звонить!
У меня сердце замирает в груди.
- Влад?! Он же не умер!
- Всего лишь задержан, - после этого звонок обрывается.
Мне, кажется, у меня похолодели руки.
- Мила?
Я разворачиваюсь к лестнице и понимаю, что Лютов стоит на вершине, как и вчера.
- Денис, - я поднимаю на него взгляд, - помнишь ты обещал помочь с моими проблемами в Москве?
Он кивает, но хмурится.
- Дело чести, - напоминаю я, подбирая слова для того, чтобы мотивировать его отправиться спасать сына злейшего врага.
Он медленно спускается. На сей раз Лютов выглядит не как древний грек. Он в домашних штанах.
- Чего надо? Если обещал, то выполню.
Я опускаю взгляд. Ты еще не знаешь, что именно ты пообещал.
Глава 29
- Влад Привольский, - выдыхаю я, стараясь не смотреть ему в глаза, - его задержали.
- Не удивлен.
- Ты не дослушал, Лютов! Это я подбивала его на то, чтобы он подал заявление на отца! – я ведь и правда тогда не понимала, что играю с огнем.
- Этот парень такой идиот? – насмешливо говорит Лютов.
- А ты не понял? Он честный и благородный.
- Мне плевать, – перебивает Лютов.
Тогда я решаюсь наконец взглянуть на него.
- Твое дело отомстить прокурору!
- Ты не знаешь в каких схемах замешан этот мужик. Я уже попросил серьезных людей о другом одолжении. Когда-нибудь этот козел выроет себе настолько большую яму, что обязательно туда свалится. Вот тогда я и буду смеяться, засыпая его землей. А пока пусть бесится. Недолго осталось.
Я хватаю Лютова за руку.
- И ты не хочешь спасти хороших людей?
Денис приподнимает бровь.
- Какое мне дело до этого вчерашнего школьника?
- Дело чести… - произношу я полушепотом, но тут же начинаю злиться, - Привольский сказал, у тебя ее нет!
Губы Лютова подрагивают в оскале.
- Я этому не верила, но теперь сомневаюсь! Раз ты оставил все так, значит, ты сдался, сдулся перед прокурором! Стал как он!
Наверное, я сейчас копаю себе могилу.
- Я читала твое уголовное дело! Ты был дерзким, но честным! Ты предпочел сесть в тюрьму, но остаться верным слову! Именно поэтому, Денис, ты еще жив! Потому что мало кто так может! Добро в людях всегда ценится выше зла! Поэтому тебя и спасли в конечном счете, как ты сам-то еще не понял?!
Он щелкает пальцами у меня перед носом, и я затыкаюсь. Мне кажется, кого другого Лютов бы приложил. Я сейчас чувствую себя так, словно учу голодного тигра прыгать через кольцо.
- Больше. Ни. Одного. Слова, - произносит он по слогам.
Я молча смотрю как Лютов достает из кармана штанов айфон и набирает кому-то. Он решил вызвать мне киллеров, да?
Денис скрывается в другой комнате. А я стою на пороге, не решаясь двинуться. Я должна узнать итог, потому что одна против известного прокурора я практически никто.
Его переговоры длятся около двадцати минут. Наконец Лютов снова показывается в коридоре, злобно зыркает на меня и бросает:
- Поехали спасать, блин, твоего урода!
Он собирается в молчании. Я боюсь чем-либо еще цеплять Лютова, он и так пошел для меня на максимально возможное одолжение.
Денис открывает дверь, выходит за порог и заводит заметенный снегом внедорожник. Вчера прилично прошило. Без слов он открывает мне дверь и когда я сажусь, машина срывается с места. Лютов даже ее не размел – как сильно, должно быть, он зол.
На нас летит дорога. Я стараюсь не смотреть на спутника и не думать о том, как я его взбесила и захочет ли он иметь со мной что-то общее после всего. Я практически бросила ему вызов: спаси врага или ты не мужик. Но я должна была это сделать, иначе считала бы себя трусихой.
- Он правда подал заявление, - слышу я, когда мы выезжаем на широкую дорогу, и понимаю, что до столицы осталось всего ничего.
Голос Лютова звучит неожиданно спокойно.
- Идиот, - в этом слове тоже нет раздраженных интонаций. – В этом он напоминает мне меня.
Я оборачиваюсь к Лютову. Денис скалится:
- В мои лучшие годы. Я тоже тогда думал, что мне море по колено, голова не дорога.
- А сейчас?
Он прищуривается.
- Стал осторожней. Но ненамного! – машина резко принимает вправо, я хватаюсь за сидение.
Впереди маячит поселок.