- Мы не на самолете? – удивляюсь я, отмечая то, что машина все дальше и дальше отдаляется от Москвы по загородной трассе.
- Учитывая то, какой я сейчас выкинул фокус, - Лютов щурится, - не стоит сейчас в аэропорту свой паспорт светить. Мне могут и не дать доехать до Екатеринбурга. Я тебя по той же причине взял с собой. Когда ты рядом, мне за тебя спокойней.
Он взглядом указывает на бардачок, и я открываю маленький ящик. Там оружие.
- Привольский бы тебя в покое не оставил, если бы узнал, что это ты его дурака на бунт подбила, - подмигивает Лютов. – Он жутко мстительная тварь.
Я закрываю бардачок и смотрю на Дениса.
- Ты же сказал, что прокурор тебя боится!
- Ты вообще-то собиралась уйти с утра, - скалится Лютов. – Тебе нужны были доказательства того, что я нормальный парень.
- Я просто идиотка…
Лютов ухмыляется.
- Я тоже неплох. Подумал, чего это я буду втихую защищать девчонку, которая считает меня мудаком и пойдет на стороне искать какого-нибудь принца? Я себя так уважать-то буду?
Он мог бы бросить меня одну, отдать прокурору, и в действительности повести себя как мудак. Мог бы рассказать про Привольского и выглядеть в моих глазах прожженным циником, который хочет привязать к себе впечатлительную малолетку. Он выбрал третий путь: доказать, что он крутой.
Теперь мы мчимся на его внедорожнике в Екатеринбург по заснеженным просторам нашей родины.
- Два сапога - пара! – смеется Лютов.
Я кладу свои пальцы на его руку.
- Я очень благодарна тебе, Денис.
- За что? – щурится Лютов. – Я с самого начала собирался Привольскому мстить. Он похитил Машу и это заявление у нее на меня выбил. Она сломалась. Стала другим человеком. Я не знаю, что они делали, но догадываюсь. Я сказал себе, что не сдамся. Выйду из тюрьмы – придушу гада. И что в итоге? Я почти научился с этим жить.
Я качаю головой, хотя и понимаю, что он не видит жеста.
- Я рад, что ты мне встретилась, - уже спокойней выдыхает Лютов. – Я как будто получил ту оплеуху, которой мне давно не хватало. Проснулся что ли. До тебя все время было скучно. Думал, так сказывается перенесенный туберкулез.
Стемнело и я завороженно смотрю на его хищный профиль как будто вырезанный на фоне дороги и чуть подсвеченный фарами встречных машин.
- Что-то такое болтали доктора. Какая-то депрессия. У меня было все, понимаешь: работа круче некуда, нормальный начальник, бабки – да завались просто, Юля с идеальными сиськами, готовая все, то угодно сделать по первому моему слову. Только это было не по кайфу. Я помнишь тебе сказал, что давно так хорошо не трахался?
Киваю.
- Я по молодости горячий был. С женой мог целую ночь. А после тюрьмы мне неохота было два раза лезть на бабу. Ходил к докторам. Они говорили, слабость после инфекции. Я по спорту вдарил тогда. И все равно все было не то. Сегодня утром я проснулся с мыслью, что не дам тебе уйти. Я устал от скуки.
- Денис, остановись, - прошу я.
- Зачем?
- Мы можем притормозить? Минут на пятнадцать.
Он бросает на меня короткий взгляд. Все же, до чего же мужчины недогадливые! Я стаскиваю куртку, а за ней снимаю свитер, оставаясь в одном лифчике.
- Ну раз ты ставишь вопрос ребром, то пятнадцать минут мы вполне можем на обочине постоять.
Глава 31
Я быстро снимаю штаны и белье. В салоне немного холодно, но я понимаю, что надо всего лишь подождать и мы оба как следует разогреемся.
Я перебираюсь на водительское сидение и сажусь сверху на Дениса. Он расстегивает штаны.
- Мила! – в его голосе восхищение.
Я страстно целую его в губы. Мы два отчаянных идиота и мы стоим друг друга. Я еще раз хочу сказать ему, что буду рядом, что бы ни случилось. Я помогу.
Он обхватывает мою грудь и гладит соски, от чего меня словно бьет легкими разрядами тока.
- Ты должны спешить, - говорит Денис между поцелуями, - ты же понимаешь?
- Ага, - я помогаю ему приспустить штаны.
- Господи, как же давно я в машине не трахался, - отмечает Лютов, вытаскивая из кармана куртки пачку перезервативов. – Только в отеле на идеально чистых простынях. Стал совсем скучным.
Он чуть сдвигает меня к рулю, надевает защиту и снова обхватывает мои бедра.
Лютов без видимого усилия приподнимает меня. Я смотрю вниз и вижу, что у него встал, но понимаю, что мне будет не больно, я взмокла уже пока слушала его рассказ и поняла, что очень хочу это сделать. Тело как будто просит его прикосновений.
Я чуть вздрагиваю, когда он насаживает меня на себя, откидывая назад голову. Все-таки вчерашний день не прошел без последствий. Лютов буквально стер меня своими любовными играми.
- Мил, больно? – он кладет мне пальцы на нижнюю губу, и я провожу по ним языком.