Денис быстро забирает оттуда свои вещи и закрывает машину. Вскоре мы уже садимся в подкатившее такси и отправляемся за границу Екатеринбурга.
За окнами блестят под солнцем поля, усыпанные снегом. Таксист скучает и пытается завести разговор, но взгляд у Лютова настолько суровый, что он тут же затыкается.
Я сжимаю руку Дениса.
- Поспи.
Тот скалится.
- Я ждал этого момента девять лет. Я не собираюсь спать, пока не закончу с делами!
Я вздыхаю. Да, с Лютовым так просто не совладать.
Мы добираемся в заснеженный поселок и договариваемся с водителем об обратной поездке. Денис не жалеет чаевых.
Лютов с трудом пробирается сквозь сугробы к покосившейся халупе на берегу реки и помогает мне. Дорожка к дому видимо пару дней назад была чищена, но сейчас там так намело, но мы проваливается по середину голени. Лают соседские собаки, почуяв чужаков.
Вскоре хлипкий замок, висящий на двери, легко подается. Мне кажется, если бы Лютов напрягся, мог бы и высадить плечом эту рухлядь. Внутри пыль, хлам. Я замечаю разбросанные по полу детские игрушки. Это, наверное, дача, куда летом ездят Маша и Василий.
Мне снова становится не по себе, когда я вижу у двери женские шлепанцы. Мне кажется, муж много значил для этой женщины. Первый. Ужасно горько, наверное, вот так упустить дорогого человека. Я не хочу думать, что переживает сейчас Маша. Мне почему-то кажется, что она сейчас рыдает, схоронившись в углу.
Проглотив ком, я иду дальше. Лютов не склонен разглядывать обстановку и размышлять о прошлом. Он действует. Двигает мебель, единым сильным движением срывает ковры. Подпол обнаруживается в кухоньке.
Лютов открывает деревянный люк и ныряет вниз, подсвечивая себе светодиодом моего мобильного. Я следую.
В подвале стандартная для русской дачи картина: складированные на полках банки с солениями, хлам, инструменты, сушеные травы. Лютов мечется как волк, переворачивая все, что кажется ему неподходящим. Мгновение я думаю не стоит ли его урезонить, но потом и сама подключаюсь к поискам.
Наконец мне попадается красная жестяная банка в белый горошек. Мне кажется, я у бабушки видела что-то подобное. Поворачиваю ее. И правда, заводская надпись «Кофе».
Я подцепляю ногтем железную крышку. Руки мерзнут без перчаток, но я не сдаюсь, продолжая тянуть на себя. И вот она подается. Я заглядываю внутрь, пока Лютов продолжает громить чужие запасы.
Оттуда тянет пылью и совсем немного приятным запахом утреннего напитка. Запускаю руку и ощущаю, что внутри лежат свернутые в трубочку листы.
- Нашла!
Лютов оборачивается ко мне и шагает вперед, подсвечивая себе светодиодом.
Желтые, просаленные листы у нас в руках.
- Распечатка! – выдыхает Денис.
Он выглядит как мальчишка, обнаруживший сокровище.
- Я не сомневался, что Васильев это сохранил! Не такой уж он и плохой мужик, просто трусливый! Но с чувством справедливости.
Я усмехаюсь. Я думала, Денис вообще не умеет хорошо отзываться о врагах. Он казался мне бесчувственным, брутальным, но теперь я понимаю, что Лютов не такой. Я была им очарована, а это путешествие добавило именно то, чего мне не хватало чтобы в Дениса по-настоящему влюбиться.
Он выбирается наверх и подает мне руку.
- Мы должны отправить это в Москву, - говорит Лютов.
- Как? – я поднимаю брови.
- С почты.
Я пожимаю плечами. Денис, наверное, понимает, что делает.
Лютов похож на ураган. Он стучится в соседний дом и когда его невежливо просят заниматься своими делами, угрожает снести забор. Так во дворе появляется заспанный мужик в ватнике, и я вспоминаю, что на календаре третье число. Многие еще празднуют.
Лютов без извинений и прелюдий выясняет, где ближайшее почтовое отделение. Вскоре таксист довозит нас до нужного места.
В отделении Лютов устраивает точно такое же представление. Ему сложно противостоять. Кому-то Денис щедро отваливает деньги, ленивых пугает.
Вскоре все устроено так как надо ему. Невольно я осознаю, что такому человеку несложно было организовать свой бизнес. Лютов - сплошная энергия, организующая сила. Мне кажется, он мог бы совладать с кем угодно, даже сделать победоносную армию из племени первобытных папуасов.
И я понимаю, почему Маша так жалела о нем. Такие люди – сильные, талантливые, те, от чьего пламени легко загореться самому, таких поискать. Ее нынешний муж Василий - бледная копия Дениса.
Я тяжело вздыхаю и кладу ладонь Лютову на плечо. Теперь ее место заняла я. Мне немного стыдно.
Денис дорвался до компьютера, у которого есть выход в сеть. Вскоре он снимает скан-копии документов, загружает их в почту, ругаясь на тормозящий интернет и отправляет неизвестному мне адресату.