И вот когда в тринадцать с косоглазием после операции было покончено, оружие в руки я больше не брала.
Я сейчас с трудом вспоминаю как оно работает. Снять предохранитель, передернуть затвор.
Что если там нет патронов? Я слышу запах машинного масла, то как лязгают внутри пистолета части механизма. А если патроны есть, готова ли я убить человека чтобы спасти Лютова?
В этот миг отворяется дверь. Наружу выскакивает прокурор. Глаза у него бешеные.
Привольский зыркает во все стороны. Он ищет меня. Я аккуратно сползаю с сидения, но прокурор меня замечает.
«Сука», - я могу это по губам прочитать.
Привольский ковыляет вперед с огромным трудом. Видно, что отбитые яйца сильно мешают ходьбе. Но он так меня ненавидит, что идет. Я прямо на его лице читаю: прокурора ведет ненависть и он собирается меня убить. Задушить прямо на месте.
Я наставляю на него оружие, медленно открывая дверь внедорожника.
Я прыгаю в снег, держа прокурора на мушке. Не то чтобы я очень хорошо стреляла. Но основные принципы помню. Одна центральная насечка на стволе должна встать между двумя другими. Это и есть прицел.
- Ты не сможешь, - шипит прокурор.
Я правда не знаю, смогу ли я выстрелить ему в голову. Но что-то нужно решать. Если сейчас появятся дружки Привольского, я скорей всего просто не успею обезвредить их всех. И они будут с оружием, я не сомневаюсь.
Он все ближе. Еще пару шагов и прокурор сможет напрыгнуть на меня.
Я чувствую как в руке подрагивает ствол.
Ради Дениса…
Глава 35
Я уже готова жать на курок и мысленно ожидаю отдачи, как Привольский взвизгивает и проваливается в снег.
Прокурор молотит руками, вызывая снежную бурю, а я молча смотрю на расплывающееся под его ногой алое пятно.
- Капканы… - шепчу я.
Денис же говорил про капканы на волков, которые ставит его друг. Один из капканов сомкнулся прямо на ноге прокурора.
Глаза Привольского закатываются, и он падает в снег.
«Болевой шок», - отмечаю про себя я. Прекрасно!
Эта сцена придает мне ускорения.
Я быстрыми движениями прикапываю прокурора, так чтобы его не очень видно было из окна дома и потом смотрю на машину, на которой приехала банда.
План созревает мгновенно. В багажнике у Дениса запасная канистра с бензином. Только где искать зажигалку?
Я шарю по карманам прокурора, вспомнив о том, как от него несло табаком. Бинго! В кармане смятые «Мальборо». В пачке зажигалка.
Отлично.
Я отхожу к чужой машине, обливаю ее бензином из канистры, откручиваю крышку бензобака и отрываю от покрывала лоскут. Как следует мочу его в горючей жидкости и опускаю в отверстие бензобака.
Да возгорится пламя!
Я отхожу на безопасное расстояние и поджигаю лоскут.
Бензин занимается вмиг. Хоп! И вся машина пылает. Я еще никогда в жизни не поджигала машины. Надеюсь, взрыв мощным.
Я отхожу вбок. Так чтобы меня не видно было из окон дома. Машина горит. А я молча спускаю на снег покрывало и надеваю на плечи куртку Лютова. Снизу немилосердно поддувает. У меня от холода стучат зубы. Но мне еще рано в дом возвращаться.
Если подумать, эта история началась с того, что я никогда не раздевалась перед мужчинами. Стоит сделать только один шаг на кривую дорожку и вот ты уже жжешь машины бандитов.
Ба-бах!
Я приседаю. Не думала, что это бывает так громко.
Из дома высыпают мужики. Их двое. Значит еще два все еще внутри.
Я огибаю жилье по едва заметной из-под снега дорожке. Она ведет к колодцу и туалету.
Я уже сегодня ходила здесь и заметила, что в доме есть вторая дверь, она соединяет сад с кухней. Она была закрыта на щеколду, и я просто прикрыла ее, не стала запирать.
Мне везет. Дверь подается от одного моего легкого движения.
Я аккуратно проникаю внутрь.
И тут же слышу гулкий удар.
- Не у одного Привольского есть тайны, Лютов! – слышу я. – Может быть скажешь все-таки, что тебя связывает с министром-то?!
- На хер пошли… - слышу я голос Лютова.
Мое сердце прибавляет темп. Денис жив! Раз он разговаривает, значит еще в сознании.
- Валер, клещи тащи! Урод так и будет нас посылать.
Я слышу возню за дверями.
- Ну че, который палец первым?
- Мизинец давай. Вроде самый тонкий.
Тут я распахиваю дверь.
Вижу избитого Лютова с расквашенными губами и кровопотеком на лбу. И тут мной завладевает ярость. Спиной ко мне стоит тот самый амбал, который хотел меня трахнуть.
Денис поднимает голову и смотрит мне в глаза. Я сама толком не понимаю, что читаю в его взгляде: шок? Благодарность? Облегчение?
- Прокурор, ты…
Я спускаю курок, до того как амбал разворачивается ко мне полностью. Пуля попадает ему в висок, и он падает как подкошенный.