Она отступила на шаг и подняла на Кейси холодно блеснувшие глаза.
— Если ты любишь меня, то найдешь способ вернуть моего сына.
Уокера ошеломила сила боли в ее голосе.
— Я клянусь, что Томми вернется к тебе, дорогая Белл.
Он не имел ни малейшего представления, как сделает это, но знал, что должен. Не зря же он пользуется славой лучшего детектива в агентстве Пинкертона.
Глава 7
Кейси нашел себе достаточно дешевое обиталище в не слишком респектабельной и довольно запущенной гостинице на набережной, в которой обычно останавливались матросы. Это было не то, к чему он привык, но тощий кошелек диктовал свою волю. Кейси лег в постель рано, намереваясь как следует выспаться, но мысли о Белл не давали ему уснуть. Он безуспешно пытался убедить ее, что не привез с собой приспешников Макалистера в Плейсервилл, и оттого чувствовал себя совершенно беспомощным. Особенно его угнетало то, что он сначала-то отправился в Плейсервилл с твердым намерением отобрать у Белл сына.
Бывали дела, когда Кейси ненавидел свою работу, и этот случай был как раз из таких. Нынче вечером, когда он посетил Белл у нее в номере, ему было очень трудно держать руки подальше от нее, пальцы просто чесались, до того ему хотелось дотронуться до нее, провести ладонью по щеке… ну и так далее. Она не хотела иметь с ним ничего общего, но единственный поцелуй, который ему удалось сорвать с ее губ, стал для Кейси намеком на рай, теперь ему недоступный. Он упустил свой шанс, скрыв от Белл правду.
Сон наконец пришел к нему, но не принес настоящего покоя. Кейси то и дело пробуждался. Он не мог забыть ужас Белл, когда она узнала, что он работает на Макалистера. Только один раз в жизни чувствовал он себя таким же бессильным и подавленным: после того как его брата признали виновным в убийстве. Если повезет, Марк выйдет на свободу, но для того, чтобы вернуть доверие Белл, одного везения мало.
Кейси встал рано, позавтракал в ближайшей закусочной и направился прямиком в резиденцию Макалистера. Было воскресенье, и Кейси решил, что старик скорее всего у себя дома. Кейси намеревался любой ценой повидаться с Томми. Никакие преграды его не остановит.
Телохранитель Макалистера отозвался на стук Уокера.
— Чего вы хотите? — отрывисто спросил он.
— Повидать вашего хозяина.
— Сегодня он не принимает. Вы не забыли, что нынче у нас воскресенье? Отложите ваше дело до завтра.
— Мое дело неотложное, — ответил Кейси, отстраняя с дороги телохранителя. — И я не беспомощная женщина, которую вы можете напугать вашими мускулами. — Он опустил правую руку на кобуру револьвера. — Можете попробовать меня прогнать, но это рискованно.
— Изложите ваше дело, и я спрошу мистера Макалистера, сможет ли он уделить вам время.
— Он уделит мне время. Доложите, что Кейси Уокер пришел вернуть долг.
Телохранитель смерил его испытующим взглядом и пожал плечами.
— Подождите здесь. И не суйте нос куда не положено, иначе пожалеете.
— Я не тронусь с места, — сказал Кейси и, сложив руки на груди, прислонился к дверному косяку.
Охранник скрылся в глубине прихожей, а Кейси бросил внимательный взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж: не там ли комната Томми? Как ни удивительно, ему не пришлось долго ждать: Томми появился на верхней лестничной площадке в сопровождении особы с весьма строгим лицом, в накрахмаленном форменном платье, так туго затянутом в поясе, что казалось, он вот-вот перережет ее пополам.
Томми сразу заметил Уокера и с громким радостным воплем ринулся вниз по ступенькам. Кейси присел на корточки и подхватил мальчугана в распростертые объятия. Пыхтя и отдуваясь, нянька тоже заспешила вниз.
— Кейси! Я знал, что ты за мной придешь. Я сказал старому… то есть дедушке, что ты приедешь и увезешь меня обратно к маме. — Томми с надеждой устремил взгляд через плечо Уокера — вдруг мама уже здесь? — Где мама? Почему она не пришла вместе с тобой?
Томас Джордж Макалистер быстро приближался к ним по коридору. Увидев Томми в объятиях Кейси, он выпалил, точно выплюнул:
— Миссис Грандиг, немедленно уведите Томми в его в комнату!
— Нет! — крикнул Томми, уцепившись за Кейси со всей силой почти лихорадочного отчаяния. — Я хочу к маме. Кейси приехал, чтобы увезти меня к ней, и вы не можете это запретить.
— Ошибаешься, мой мальчик. Ты теперь мой и будешь воспитываться здесь. Ты больше никогда не увидишь свою мать-шлюху.
Кейси осторожно отодвинул от себя Томми и, выпрямившись во весь свой внушительный рост, смерил Макалистера ледяным взглядом. Выражение лица у него было жестким и непреклонным, а голос угрожающим, когда он произнес: