Потом Кейси долго лежал в блаженном умиротворении, которого не испытывал до этого никогда. Он приподнял голову, чтобы спросить Белл о ее чувствах, но был немало огорчен и разочарован: она уснула. Неужели она так льнула к нему только под воздействием пережитого страха и потрясения? Узнает ли он когда-нибудь правду?
Наутро Кейси поднялся с постели еще до пробуждения Белл и отправился осматривать место происшествия. Обнаружил следы чьих-то ног в нескольких местах, но это, естественно, не могло помочь в идентификации преступника. Марк занимался сменой замков, а Ван Ю) доложил, что запоры на окнах не повреждены. После завтрака Кейси и Марк уединились в кабинете, чтобы обсудить ночное вторжение.
— Что ты об этом думаешь? — полюбопытствовал Марк.
— Преступник не проявил интереса к кабинету, где, по всей вероятности, могли находиться сейф и деньги. Он прямиком направился в спальню хозяина. Видимо, он точно знал, куда ему идти.
— Считаешь ли ты, что это мог быть один из уволенных слуг?
— Не исключено, но, на мой взгляд, вряд ли. Ростом и телосложением наш незваный гость схож только с Келлерманом, но у того нет резонов причинять зло Белл.
Марк наклонился вперед.
— Ты в самом деле думаешь, что этот человек хотел добраться до Белл?
— Можешь считать это всего лишь интуицией, но он хотел добраться до Белл или до меня. Может, до нас обоих.
— Вот черт! Ради чего?
— Думаю, что это мог быть Хэнк Джоунз, но не вполне в этом уверен. Я намерен найти преступника. Ты, Марк, держись сегодня поближе к дому, ладно? Постарайся, чтобы моя упрямая супруга была в безопасности.
— Это нелегкая задача, брат. Буду стараться изо всех сил.
Кейси нашел Келлермана в низкопробном борделе на Керни-стрит. Вытащил мужика из постели проститутки и допрашивал его, приставив к голове пистолет. Не имея при себе оружия, которое укрепило бы его дух, Келлерман здорово перетрусил. Он признался, что продал ключ от дома, который оставил у себя после смерти Макалистера, человеку по фамилии Джоунз. Они будто бы случайно разговорились как-то вечером в салуне. Келлерман также снабдил Джоунза описанием расположения комнат в доме. Дальнейшие и самые страшные угрозы не принесли Кейси дополнительной информации, и он отпустил Келлермана, предупредив, что оставаться в городе небезопасно для его здоровья. Келлерман понял намек и покинул Сан-Франциско на следующий день еще до вечера. Это, разумеется, не решало проблему Уокера. Джоунз, несомненно, где-то спрятался, буквально исчез из виду.
Марк отказался выпустить Белл из дома в отсутствие Кейси, и Грета поддержала его. Белл хотела навестить в тюрьме Гарри Хопкинса и заверить его, что о нем не забыли и что Кейси ищет истинного убийцу. Особенно ее беспокоило состояние здоровья Гарри. Если бы не она, Гарри не попал бы в тюрьму. Но если бы его не осудили, она сидела бы в тюрьме, однако могло произойти и гораздо худшее. Случалось, что присяжные приговаривали женщин к смертной казни.
В эту ночь, когда они лежали в постели, Кейси рассказал, что отыскал Келлермана, и сообщил о сведениях, полученных от бывшего телохранителя Макалистера.
— Стало быть, у Джоунза был ключ от нашего дома, — сказала Белл и даже вздрогнула при мысли об этом. — А почему он решил напасть на нас?
— Похоже, мы слишком близко подобрались к правде об убийстве Макалистера. Джоунз вообразил, что, если Хопкинса повесят за убийство, сам он тогда сорвется с крючка. А до тех пор он изо всех сил старается удержать нас от копания в его прошлом. Не тревожься, любимая, я не допущу, чтобы пострадали ты и наш ребенок.
Кейси не занимался любовью с ней в эту ночь, но Белл была так рада, что лежит в его объятиях и слушает биение его сердца.
На следующий день Кейси сообщил шерифу о вторжении в их дом, а после этого возобновил поиски Джоунза. К великой радости Белл, Марка во второй половине дня неожиданно вызвали на винный завод. Воспользовавшись тем, что Грета занимается с Томми, она выскользнула из дома с корзинкой еды для Гарри Хопкинса.
Рогана не было на месте, когда Белл явилась в тюрьму, но помощник шерифа пошел ей навстречу и разрешил свидание с заключенным.
Гарри Хопкинс грустно улыбнулся, увидев ее у решетки.
— Вам не следовало сюда приходить.
— Я принесла горячий суп и свежий хлеб. Тюремная пища не слишком хороша, думаю, вы со мной согласитесь.
Белл просунула сквозь решетку кувшин с супом и два ломтя еще теплого, намазанного маслом хлеба. Гарри отведал суп и поблагодарил Белл: