— Стоило мне покинуть дворец, как тут же случилась какая-то ерунда, — скривившись протянул тот. — Экстренно возвращаться было неприятно.
Ева действительно в пылу схватки видела прорезавшую ночь вспышку с неба и последовавший за ним взрыв в парке, но думала, что это началась орбитальная бомбардировка. Император умел появляться эффектно.
— Вероятно, кому-то не понравился выбор моей дочери, — буркнул себе под нос император, и, оскалившись в крайне грозной улыбке добавил, — этот кто-то очень скоро пожалеет.
Взмахнув полой плаща, император круто развернулся и на ходу бросил.
— Готовьтесь, моей дочери не терпится повидать своего будущего мужа. Отправляетесь завтра.
Мнением Лалы, естественно, никто не интересовался, но вряд ли она была бы против. Телохранительница уже устала слушать ее бурчание на тему, что Лалу все задолбало и не для того она приводила хитрый план в действие, чтобы Рэй куда-то свалил, оставив ее дождаться своего возвращения.
— Кажется, пронесло, — тихо заметила она, поднимаясь и одергивая остатки мундира.
Позади раздался слитный вздох облегчения.
Резиденция герцога Джаверлия.
— Ну же давай, не заставляй меня себя уговаривать, — с просящими интонациями произнес герцог.
— Но я никогда не делала этого перед другими, — смущенно протянула Рун.
— Да ладно, всего то пара зрителей.
— Это слишком смущает, — слегка покраснела девушка.
— В награду я тебя поцелую, — начал закипать Рэй.
— Ты и так меня часто целуешь, — скрестила руки на груди герцогиня.
— Будешь торговаться, вообще не буду.
— Ну хорошо, — со вздохом согласилась она.
Огромный тренировочный зал был свидетелем множества всяких поединков на своем веку, но сейчас должно было произойти что-то действительно интересное. Посреди помещения стоял первый герцог, держа в руках два тренировочных меча напротив него неподвижно замер меморузианец со странным оружием в руках. Оно представляло собой длинный посох с небольшими, слабо светящимися шарами на концах, в центре древка присутствовал небольшой выступ с десятком утопленных кнопок. Естественно, что оружие было тренировочным и единственное, что грозило противникам при ударе это болевые ощущения.
— Итак, ты мастер Усо-Тари? — приподнял левую бровь Рэй.
— Это так, мой господин, — невозмутимо склонил голову его противник.
— Наша задача, за две недели научить меня сражаться против обладателя этого странного оружия.
— Тогда не будем терять времени, — приняв стойку с отведенным назад оружием, произнес тот.
— Рун, начинай! — на секунду прикрыв глаза, Рэй так же изменил позу, чуть согнув ноги в коленях и прижав клинки к предплечьям, перехватив их обратным хватом.
Девушка, стоявшая у стены зала, кашлянула, прочистив голос, глубоко вдохнула и запела:
Едва начался боевой мотив, что-то в противниках изменилось, они напряглись, словно сдерживая внутреннюю пылающую ярость. В глазах полыхнуло боевое безумие, словно у накачанных адреналином берсеркеров.
В одно слитное движение две фигуры сорвались с места и сплелись в танце оружия. Шары на конце посоха преобразовались в два длинных клинка и посох этот завертелся в руках мастера, словно стремясь создать смерч.
Рэй так же не отставал, клинки в его руках, казалось, превратились в размытые полотна стали, не имеющие ни начала ни конца. Противники сходились, сшибались, звеня металлом и снова расходились, чтобы через долю секунды вновь попробовать пробить оборону врага.
Все же капитан не до конца понимал принцип действия оружия противника, за что и поплатился. Миг, и вместо клинка, от которого он собирался уклониться, его мечи опутала цепь, в которую этот клинок превратился и вот он уже отлетает к стене от могучего удара второй половиной разъединившегося посоха.
— Рэй! Ты в порядке? — подлетела к нему прекратившая петь Рун, бережно подняв его голову и прижав к своей груди.