-Марина слышит то, что я ей передаю, внушаю, а тебе я ничего не передаю. А ты слышишь...
-Совушка, мне такой сон снился, интересный, про виноград. Это ты мне его... внушила? Уж очень он яркий, связный и такой... познавательный.
-Нет, я тебе ничего не внушала во сне. Я сама спала, сладко, крепко и без снов. Вино у Боны замечательное. Не то, что твой «медицинский».
-«Медицинский», он не для питья, он на всякий случай... растереть, продезинфицировать. Кстати, а как это ты мне в этот раз пить позволила?
-Потому и позволила, что это не твой «медицинский». От такого вина никогда, никому, никакого вреда не приключится. Можешь пить его весь срок беременности и родишь здоровенькую, весёленькую, умненькую девочку-красавицу. Может даже здоровее, красивее и умнее, чем без него.
-Что ж ты вчера не подсказала, что просить надо не три литра в год, а семь литров в неделю?
-А слипка не спопнется?
-От хорошего вина, никогда! Это я и сама точно знаю.
Подъём байдарки закончился. Она уже висела над перилами, а на ней рядком сидели три Юрлы. Мне показалось, что в одной из них я узнаю Гамаюн. Мы развернули стрелы лебёдок на девяносто градусов. Байдарка зависла над дорожкой террасы, идущей вдоль балюстрады. Девушки выкатили из-за кустов два столика на колёсах, подставили их под байдарку и опустили её.
– Вам лодку в спальню или на стартовую позицию? – раздался прекрасный голос Гамаюн, но говорила совсем не та Юрла, на которую я подумала.
– А что, эта, как ты говоришь, стартовая позиция, далеко от спальни?
– Не так чтобы очень, но и не рядом.
– Тогда не будем портить прекрасный интерьер спальни. Мы утром собирались сами перетаскивать байдарку сюда от второго постоя через купальню, а это по моим прикидкам километров пятнадцать.
– Двадцать.
– Ого! Так что сбегать пару километров лишний раз другой, если что сразу взять забудем, никаких проблем.
– Это точно! Тем более, что не пару километров, а полста метров.
Мы прошли следом за байдаркой, которую девушки легко катили на тележках, через холл, потом по длинному коридору, отделанному точно так же, как коридор, ведущий к лифтам. Коридор закончился массивной дверью. Прямо за дверью находился причальный грот. Здесь мы с Виктором, не сговариваясь, приподняли за нос и корму байдарку, а когда девушки откатили столики, поставили её на пол. Сразу после этого девушки исчезли. Мы с Виктором позже обсуждали этот момент, но ни он, ни я не заметили их исчезновения. Открыв грузовой люк, мы с ним освободили от вещей мой рюкзак (он всё-таки поменьше) и сложили в него вещи, которые могли нам понадобиться в ближайшее время. Виктор очень интересно отбирал свои вещи. Иногда по нескольку раз доставал их мял в руках и засовывал обратно. В конце концов, мы собрали мой рюкзак, остальное распихали в гермоупаковки в грузовом люке. Я, главное, взяла с собой джинсы и плотную рубаху. Что ни говори, а халатик мне за последние дни надоел основательно.
– Вот пока вроде бы и всё. Можно идти. Лодка здесь надеюсь, никому мешать не будет?
– Не будет, не сомневайся. Что вы собираетесь сегодня делать?
В это время мы шли обратно по коридору, и его вместе со всей скалой немного, но вполне заметно и ощутимо качнуло.
-Землетрясение! По вашим меркам пять балов. Эпицентр в южной части Карпат. У нас всё должно выдержать. До двенадцати балов мы можем жить спокойно. Но после любого толчка у нас по регламенту предписывается полный осмотр. Гамаюн просит у нас прощения и удаляется раздавать задания и координировать Юрл. А мы идём завтракать. Хочешь переодеться, иди переодевайся. Вон ваша спальня, а я буду ждать вас за столом.
Юрла Быстрокрылая соскользнула с моего плеча и за полтора взмаха пересекла холл. Мы переглянулись с Виктором, он отправился следом за нашей наблюдательницей, а я зашла в спальню, влезла там в джинсы, затянула в сбрую грудь, накинула сверху рубаху, не застёгивая на пуговицы, завязала спереди углы узлом. Расчесалась, заплелась, взяла пасту и зубную щётку и собралась искать туалет. Но вовремя остановилась. Просто подумала:
-Юрла Быстрокрылая, а где здесь ближайший туалет?
В голове возникла картинка с его расположением. Оказалось, достаточным надавить на угол столика под зеркалом. Столик, поворачиваясь, въезжал немного в стенку, а справа от него отъезжала дверь, открывая вход в комнатку с вполне современной оснасткой. Вот уж хозяева, сами не моются и гостям говорить не надо про душ. Нет, я отсюда так быстро не уйду.
-Да и не торопись! Подумаешь, кофе на столе остывает. И горячая выпечка с шоколадом. Не торопись, купайся, милая моя, нам с твоим юношей больше достанется.