Обычно я добиралась до дома на автобусе, но в этот вечер мы дошли до квартиры, погруженные в болтовню обо всём, совсем не заметив расстояния. Мы встречались почти каждый день. Просто гуляли по набережной и пили чай на скамейках перед морем. Я не знаю, как это вышло, но я даже рассказала ему про Смита. Вот так, мало знакомому человеку рассказала историю всей своей жизни, делясь самым сокровенным и важным.
После этой прогулки он пропал на день, не выходя на связь. Я подумала, что снова ошиблась, так опрометчиво и глупо доверилась новому человеку и прогадала...
Но на следующий день он уже стоял в дверях моей квартиры с огромным пакетом, открытка в котором была подписана Самантой. Эдварт совершил невероятное. Он нашёл мою подругу в социальных сетях и договорился с ней о встрече в моём родном городе. Он надеялся, что сможет привезти девушку ко мне в гости, но родители Саманты не смогли её отпустить. Тогда они вдвоём собрали огромный пакет подарков для меня. Подруга даже успела съездить в дом мамы, организовывая сюрприз. Внутри пакета оказались десятки наших детских фотографий, красивый кардиган и пару снимков Адамс-младшего от Моники, бесконечное количество шоколадных конфет и самое тёплое письмо в моей жизни.
Наверное, тогда впервые за долгие месяцы я расплакалась от счастья и осознания того, что меня кто-то любит и ценит. Эдварт Колман каждый день делал для меня невозможное, что я ставила на уровень с рыцарскими поступками. Но гадкий червь в моей душе заставлял меня! Заставлял разглядывать эти фотография с бала и искать там его глаза, каждый раз во время телефонного разговора с Самантой ненароком интересоваться про его жизнь и время от времени читать новостные сайты с информацией про его семью. Это было невыносимо сложно. Осознание привязанности загоняло меня в угол. Мои отношения с ним были хорошими? Он клялся, что его любовь ко мне не является частью плана. Но как я могу ему верить, если на затворках теперь буду всегда ожидать от него новый удар?
Забыть Смита? Вы когда-нибудь пробовали в одночасье перестать думать о человеке, который непосредственно и неотрывно является частью вашей жизни? Я отвечу за вас сама, это просто невозможно...
Время лечит? Да нет, время просто учит жить с этим чувством.
***
Так прошла ещё одна неделя моей жизни. Я съездила в центр и посмотрела квартиру. Она была чуть меньше моей, но с балкона открывался просто невероятный вид на одну из самых оживленных улиц города. Я, ни минуты не раздумывая, заплатила за месяц и отправилась снова собирать чемоданы и перебираться сюда.
Пара бумажных коробок, мой любимый фикус и два чемодана — как мало, оказывается, нужно для счастья. Мы с Эдвартом устало плюхнулись на диван, выбирая фильм на вечер. Легкий тюль колыхался от дуновения ветра, а с улицы слышались голоса уличных музыкантов.
Мы долго не могли проснуться и встать с дивана с утра: мышцы ломило от неудобных поз для сна. Лучшим решением для завтрака стали замороженные сырники и двойная порция кофеина.
Около десяти Эди ушёл на работу, быстро поцеловав меня в макушку напоследок. Никотиновая завязка не продлилась долго, поэтому я вновь поплелась на балкон, чтобы закурить, но услышала тихий стук в дверь.
"Эдварт, наверное, что-то забыл..."
Я потянулась к ручке двери, но вовремя вспомнила про связку ключей, которая вообще-то должна быть у парня. Решила глянуть в глазок, но не увидела ничего, кроме темноты. Свет в подъезде реагировал на движение, но соседка сказала, что лампочки вышли из строя пару дней назад, поэтому освещение пока ждать не стоит.
— Кто там? — с ноткой беспокойства спросила я.
— Это я, Адамс.
"Боже, нет! Почему прошлое, от которого я так усиленно бегу, преследует меня по пятам?"
— Не буду спрашивать, как ты меня нашёл, но проваливай!
— Я не уйду, пока ты мне не откроешь.
Дверь тихонько скрипнула, и я снова смогла посмотреть на него вживую спустя несколько недель.
— Что ты тут делаешь?
— Я думаю, что отвечать на этот вопрос весьма глупо. Я звонил тебе несколько недель, пытался выудить хотя бы название района от Саманты, но всё было впустую. Тереза, ты просто уехала и ничего не сказала.
— Мне кажется, что я всё сказала уже давно и вполне ясно.
— Нет, Адамс. Ты истерила, как маленький ребенок, и не услышала ни слова из того, что я пытался тебе объяснить.