— Инна Герасимовна, так какая там проблема с выданной мной доверенностью?
— Мм… Павел Николаевич… — видимо посмотрела документы, да и тон стал не такой агрессивный: — Вы заверили свою подпись как физического лица…
— Нина Герасимовна, если у вас есть под рукой гражданский кодекс, откройте раздел «Доверенность», там в статье про виды доверенностей в конце есть такое «Приравниваются к нотариально заверенным…», ну и так далее. Я подписал доверенность, как физическое лицо, и заверил доверенность, как директор предприятия, на котором работаю.
— Павел Николаевич, но вы же понимаете, что это правовой нонсенс!
— Ну почему же? Я действовал в строгом соответствии с законом.
— Могли бы и у нотариуса подписать, не разорились бы.
— Мог бы, но не люблю нотариусов.
— А по месту жительства? Ведь тут написано, что можно заверить доверенность по месту прописки.
— Нина Герасимовна, к сожалению, я купил себе новую квартиру и поэтому пока нигде не прописан. Со старого места жительства выписался, а по новому месту проживания какие-то проблемы с организацией домоуправления, поэтому это ля меня не вариант.
— Но могли бы заверить у кого-то из подчиненных, хоть у этой девочки… Хотя бы приличней выглядело бы, а то сами свою подпись заверяете.
— А бухгалтер мой может действовать на основании чего?
— На основании выданной вами доверенности… — хихикнула женщина: — Ну да, еще хуже получается, ладно, что-то попробую придумать, всего вам хорошего. — и в трубке зазвучали короткие гудки «отбоя».
Я положил трубку, подмигнул дяде Вове, который уже откупорил бутылку водки и даже успел выхлебать никак не меньше стакана, да и пошел на участок, готовиться к новым визитам непрошеных гостей.
Город. Территория садового товарищества. Домик Громова.
Если человеку надо проникнуть в мой дом, то зачем мешать ему в этом устремлении? Кто я такой, чтобы препятствовать мыслящему существу в его желаниях? Мне почему-то вспомнился какой-то рассказ из серии о Шерлоке Холмсе, где благородный британский офицер и джентльмен желая прострелить башку настырному сыщику, выстрелил в, хорошо подсвеченный лампой, манекен в окне дома. Зачем множить сущности? Хорошенько выспавшись за прошедшую и будущую ночи, я накормил собак и запер их в сарае, у распахнутого настежь окна усадил в инвалидное кресло раму из проволоки, с наброшенной на нее сверху, ментовской плащ — палаткой. На столе был сервирован нехитрый ужин с ополовиненной бутылкой водки, телевизор был настроен на коммерческий канал. Что вещал всю ночь, до пяти часов утра, а судя по положению, виднеющемуся из-под капюшона козырьку бейсболки, пьяница и мизантроп Громов напился спиртосодержащих напитков и крепко уснул перед телевизором. Напротив, окна, за забором, я выстриг ветви порослей американского клена — самосейки, что рос со скоростью бамбука везде, где только мог, и выстриг гибкие ветки, чтобы визитеру было удобно подобраться. Себе же я оборудовал лежку напротив, завалив это место обрезками кустарника и старыми листьями. Придется это все убирать до выходных, иначе, приехавшие отдохнуть «на природе» соседи будут весьма недовольны. Когда начало смеркаться, и вездесущие пенсионерки со своими внуками и их велосипедами расползлись по своим участкам, я дабы покормить подрастающее поколение и самим повечерять, попивая чаек из листьев смородины, я влез в свое гнездо и попытался тихо и незаметно выбраться оттуда. Сразу же я понял, что план мой плох и грозит мне полнейшим фиаско. Я мог я пока бесшумно двигаться на полусогнутых ногах, ноги дрожали, подгибались и скользили по свежим кленовым листьям, устилавшим мое убежище. Я представил, как я, задевая все ветки и сучки, с хрустом выбираюсь на дорогу. А мой враг оборачивается в мою сторону, в приветливой улыбкой и пистолетом в руке. Так как сводка происшествий по телевизору каждый день «баловала» нас видом окровавленных трупов жертв киллеров, я живо представил себя, лежащим на заросшей травой дорожке и меня передернуло. Мне нужно оружие, и не жалкий ножик. Лежащий в кармане джинсов, а что-то настоящее, чем можно будет напугать жулика и заставить его поднять руки. Ближайшее оружие располагалось всего в трехстах метрах от меня, в домике правления и я, опираясь на костыли, которые уже только мешали мне, двинулся к воротам садового общества. Лишь бы дядя Вова не ушел на очередной обход, а там я надеюсь уговорить его подежурить у моего забора.