- Я не смотрю телевизор.
- Ничего, потом сюрприз будет. И знаешь, у меня есть фаворитка. Она модель и ее зовут Оливия. Ты и мизинца такой телки не стоишь...
- Я не интересуюсь телками, Алена. Главное, что я стою Сергея.
- Так, дамы, не ссорьтесь! - вмешался Михаил.
На Колю с Антоном надежды было ноль, они с самого начала вечера в пабе таращились на обновленную за неполные две недели Авдееву как на обнаженную Бар Рафаэли. Катя лишь снисходительно улыбалась.
При всей своей самокритичности она прекрасно понимала: было на что посмотреть. И оттого, каким трудом ей дались эти кардинальные изменения, было в сто раз приятнее.
Ее кожа приобрела неповторимый золотистый оттенок. Курс массажа и ухода у косметолога сгладил расширенные поры и устранил сухость кожи. Лицо сияло свежестью и молодостью, темные глаза под наращенными ресницами, которые совсем не казались искусственными, стали еще больше и приобрели гипнотическую глубину. Высветленные на тон волосы выпрямили, отчего они спадали сияющей волной ниже лопаток. После нескольких инъекций губы казались выразительнее и соблазнительнее. Кате все время хотелось целовать свое зеркальное отражение.
К концу первой недели она под руководством Хулио настолько освоила искусство дефиле на высоких каблуках, что при желании могла грациозно, словно лань, пробежать в таких туфлях стометровку. Женственная походка вызывала тысячи восхищенных мужских взглядов и столько же завистливых женских. Мало кто догадывался, что для Кати было легче жать от груди штангу и делать сотни выпадов с отягощениями, чем научиться красиво двигаться. Мышцы болели как после трех подряд интенсивных силовых тренировок.
Привыкнуть к платьям оказалось довольно легко. Отчего-то Кортнева перестала вести себя как пафосная сука и взяла на себя обязанности гида по стилю. Кате было комфортно в компании этой эксцентричной красотки с потрясающим вкусом.
Михаил вернулся с Гоа в приподнятом настроении, полный сил. Та красавица по имени Кассель (какая-нибудь Клава или Дуся, какой родитель в здравом уме называет дочь Касселью) оказалась, как он сказал, совсем не стервой. Правда, отмороженной. Дистанцию держала, но после съемок визитки с первого дубля приложила палец к изумительным губам и подмигнула. Так Скрипник получил сутки королевского отдыха на синем побережье океана с полным "олл инклюзив".
«Что ж ты ее не чпокнул», - пробурчала Катя, когда лучший друг не оценил, как она хороша в узкой юбке с баской, шелковом топе и на умопомрачительных каблуках. "Да ты понимаешь, она... как из другой галактики... я чувствовал себя пауком, которого она могла бы раздавить, но ей куда любопытнее было за ним наблюдать и подкармливать. А с насекомыми люди на равных не держатся..."
Несмотря на первые, но уже довольно ощутимые перемены в образе Кати, он их не заметил.
Желая наконец-то расшевелить друга, Авдеева злорадно прошипела, скрестив руки на груди:
- Я с Акслером не допущу твоей ошибки, будь уверен.
- Ага, ты сначала попади к нему, - отмахнулся Михаил. - Думаешь, нацепила туфли и все, жизнь сделала крутой поворот?
- Что? Юляха тебе не сообщила? Ох, Скрипник, видать, ты для Кортневой недостаточно крупная фигура. Готовься, режиссер-сценарист, теперь тебе придется видеть меня гораздо чаще. Я прошла!
Михаил не поверил. На его лице отразилась целая гамма эмоций, от недоверия до насмешки, потом какое-то потрясение, едва ли не отчаяние и... Кате показалось, что это был страх. Опасения, которые осуществились. Страх, недоверие, нервный смешок, растерянность...
- Кэт, откажись. Прошу тебя, не суйся в этот бордель.
Они сидели в кафетерии. Катя отказалась от сахара и сливок по настоянию Юлии, пила кофе и запивала минералкой. В зал вошла Вера, референт Кортневой, и кивнула девушке в знак приветствия. Если до этого Мишка сомневался, панибратство Веры все расставило по своим местам.
- Ты... Кэт, там нет мест! Ты не могла пройти! Это... и мне не сообщили... боюсь, здесь что-то не чисто... - он залпом выпил горячий кофе и не поморщился. - Понимаешь, наверняка ты будешь первая на вылет... в первый день...
- Это будет твой звездный час?
В тот момент взгляд Кати задержался на высоком мужчине в темных очках, который вошел в кафетерий в сопровождении, судя по всему, охраны. Потеряв интерес к Мишке, Катя подалась вперед, чтобы рассмотреть его получше.
Облегающая бордовая рубашка. Строгие черные брюки. Очень элегантная прическа... бармен как раз наливал ему "перье", когда мужчина снял очки.