Она вежливо попрощалась, но не получила ни слова в ответ. Сухие кивки. Мысль "а что я сделала не так" на миг все же задела за живое, царапнула сознание тупым лезвием. Стоило признать, она вела себя как последняя стерва. Как та же Кортнева, от которой прилетало подчиненным похлеще. Но изменилось бы что-то, если бы Катя вела себя по-иному?
Нет. Как бы ей ни хотелось в это поверить, она очень хорошо знала девчонок, которых считала если не подругами, то приятельницами. Ирку, которая любила тянуть на себя внимание и кичиться тем, как ее балует бойфренд. Алену, питающую симпатию к Мишке. Увы. Ничего бы не изменилось за исключением одного: заклевали бы Катю, поднимая свою самооценку.
- Какая муха тебя укусила, Кэт? Не ожидал...
Апрельский ветер был отнюдь не весенним: пронизывающим и холодным. Днем шел дождь, и ощущение промозглой сырости не покидало ни на миг. Сегодня на Кате были тонкие чулки с ажурной резинкой и платье длиной чуть выше колена. Полезнее для здоровья было бы скрыться где-нибудь в круглосуточном кафетерии или в крайнем случае в автомобиле, но отчего-то Кате захотелось прогуляться по ночному городу, посмотреть, как отражаются огни города, который никогда не спит, в темных, словно нефть, водах реки. Зажмуриться от яркого света фар проезжающих мимо машин. Вдохнуть полной грудью воздух, наполненный запахом бензина и весеннего дождя, без цели вглядываться в низкое серое небо, в котором с трудом различимы звезды от обилия света, и ни о чем больше не думать.
Кортнева сказала, что съемки будут за чертой города. А еще... ох, душа замирала в предвкушении. Прага. Амстердам. Она увидит эти европейские города! А если дойдет до пятерки, то и остров Бали, рай на земле. И сейчас Катя вдыхала полной грудью загрязненный воздух мегаполиса, словно прощаясь, а может, пытаясь сохранить в памяти этот момент беззаботности. И улыбалась Мишке, который ловко раздобыл ей латте (не было зеленого чая, в пакетиках не стал брать). Втягивала ароматный кофе через соломинку и держала Скрипника за руку, как тогда, на первом курсе. Счастливая и беззаботная. Где же эти волшебные времена?
- Миш, я думала, что сегодня поставила их на место. Ты же сам видел, что они меня презирают с первого курса. Надо было положить этому конец.
- Ирка завидует твоей спортивной фигуре. А Алена знает, что ты для меня самый близкий друг. Не было необходимости так их раскатывать.
- Но ты не вступился. Ты бы мог сказать, что с обычным эфирным мясом так носиться не будут. Сидел и слушал, как они глумятся. И еще хватает наглости говорить, что я как-то не так себя вела. Тебе бы такое зачитали...
- Кать, главное, что ты прошла. Слова излишни. - Скрипник поддел ногой пустой пластиковый стакан. - Это действительно хорошая возможность засветиться.
- Но ты не рад тому, что меня утвердили.
- Кэт, скрывать не буду. Я бы хотел уберечь тебя от этого беспредела. С этим шоу изначально было что-то не так по сравнению с остальными. Завеса секретности. Подписка о неразглашении. Я не допущен к организаторам. Там царит Кортнева, даже Макаров держится в стороне. У каждой из участниц легенда, далекая от действительности...
- У меня тоже, Миша. Кортнева постаралась. Приписала мне аристократический род и потомственные навыки карпатских мольфаров. Я раньше понятия не имела, кто это такие. Но кому интересны простые люди? Ты сам понимаешь, как создается шоу...
- Я все понимаю. Но в этот раз я буду в стороне. Не смогу тебе ничего подсказать. Ты останешься одна в этом серпентарии.
- Ну и что? Яд мне в кофе никто не подсыплет. С лестницы тоже не сбросит, скорее всего там каждый закуток под прицелом телекамер. Не надо так переживать, мне главное - засветиться в шоу и стать медийным лицом. Я же не собираюсь до старости фотошопить. Это шаг к мечте, просто еще один шаг...
- Ты пообещаешь мне, что будешь осторожна, Кэт?
Фары приближающегося автомобиля, громкая музыка и какие-то нервные рывки красной "ауди" заставили Катю замереть на месте. По телу пробежала волна ментолового озноба, похожая на взрыв мятной бомбочки. Девушка сама не поняла, что делает и откуда взялись эти силы. Дернула Скрипника за руку так, что тот едва не растянулся на асфальте, втянув его в ближайшую арку за секунду до того, как на асфальт, ровно на то место, где они только что стояли, приземлилась пустая бутылка, разлетевшись на осколки.
"Никогда тебе больше не водить, урод. Только бить машины", - промелькнула у Кати мысль, похожая на голос свыше. Улюлюканье и мат подростков заглушил визг колес, который чрез секунду сменился глухим стуком.
- Что за... - потрясенно проговорил Мишка, глядя на Катю.