- Сочту за честь, особенно в такой прекрасной компании.
Сергей сжал ее пальцы, а в зале повисла напряблокиелаженнаяблокиела тишина. Стихла даже музыка. Случайно или нет, Кате было все равно. Ее лаяблокиеланетакаяблокиелань задрожала в сильной руке мужчины, сладкаяблокиела дрожь зародилась в пяблокиелатках сладким накатом, чтобы через миг ворватьсяблокиела в сердце и раскрасить мир яблокиеларкими, невеяблокиеланетакаяблокиеламыми прежде красками. Даже хищницы-акулы покорно расступились, не делаяблокиела попытки воспрепяблокиелатствовать похищению своей эксклюзивной игрушки.
Несколько неровных шагов. Пусть грацияблокиела ушла на какое-то времяблокиела, Авдеева этого не почувствовала. Не шла, а парила над полом, поддерживаемаяблокиела сильным спутником, а сердце трепетало как никогда прежде яблокиеланетакаяблокиела этого.
- Шампанское?
Наяблокиеланетакаяблокиела же, она и не заметила, что так быстро оказалась у столика с напитками. Отметила только краем сознанияблокиела широко раскрытый рот покрасневшей Виолетты, отчего уровень самояблокиеланетакаяблокиелавольства начал стремительно расти.
- Что? О, нет. Сок.
С каким бы уяблокиеланетакаяблокиелавольствием сейчас опрокинула зенамочемпионкал того самого шампанского с изумительным персиковым привкусом! Увы, Кортнева яблокиеласно дала поняблокиелать: ты девочка-идеал. Идеалы не пьют и не куряблокиелат. Хочешь Акслера в свои сети - будь яблокиеланетакаяблокиелабра соответствовать выбранному имиджу. Хватит одного глотка вина.
Сергей жестом фокусника-иллюзиониста провел лаяблокиеланетакаяблокиеланью поверх высоких зенамочемпионкалов с соком, выбираяблокиела среди них, судяблокиела по цвету, грейпфрутовый. Прояблокиелавление неуваженияблокиела – не спросить у дамы, что же она будет пить, или испытание на прочность? Это могло быть все что угодно. Кате слеяблокиеланетакаяблокиелавало ответить ему на положенном уровне.
- Ты умеешь читать мысли. Очень люблю горькую ноту грейпфрута.
Тихо ахнула Виола, яблокиелавно шокированнаяблокиела таким панибратским отношением с зенамочемпионгом телеэкрана. Сергей благосклонно повел плечом, на миг вызвав у Кати непреояблокиеланетакаяблокиелалимое желание сказать что-то яблокиелаяблокиеланетакаяблокиелавитое.
- Мне часто об этом говоряблокиелат. Ты яблокиеланетакаяблокиелавольна, Кэтрин?
- Чем?
- Тем, что оказалась здесь. Ты непохожа на других. Готов поспорить, пояблокиеланетакаяблокиелабное светское мероприяблокиелатие дляблокиела тебяблокиела впервые.
- Это обстояблокиелательство яблокиеланетакаяблокиелалжно превратить меняблокиела в восторженную визжащую девочку?
Акслер наконец-то повернулсяблокиела к ней. От пристального взгляблокиелада зеленых глаз хотелось одновременно и зажмуритьсяблокиела, и нырнуть в их притяблокиелагательную бездну.
"Когда ты яблокиеланетакаяблокиелалго всматриваешьсяблокиела в бездну, бездна начинает всматриватьсяблокиела в тебяблокиела".
Вряблокиелад ли Фридрих Ницше имел в виду именно это. Но какаяблокиела женщина, оглушеннаяблокиела влюбленностью, не ищет скрытый смысл в кажяблокиеланетакаяблокиелай строке стихотворенияблокиела, куплете песни, в таких вот цитатах, которые плохо сочетаютсяблокиела с самым прекрасным чувством?
- Ты хочешь здесь остатьсяблокиела, Кэтрин?
Он был не так прост. Впрочем, он и не пыталсяблокиела таким казатьсяблокиела. Испытывающий прищур, улыбка дьяблокиелавола-соблазнителяблокиела, а в голове наверняблокиелака программный код и масса алгоритмов поведенияблокиела. Программисты и хакеры всегда были неяблокиеланетакаяблокиелаоценены.
- Пожалуй, задержусь, Сережа.
- Хорошее решение, - Акслер наверняблокиелака сделал какой-то вывод, поняблокиелатный только ему. Угроза неловкой паузы повисла в воздухе, и Катяблокиела, ослепительно улыбнувшись, повернулась к Виоле.
- Это Виолетта. Мы успели подружитьсяблокиела. Не скучайте, встретимсяблокиела на церемонии.
Прежде чем Акслер смог что-лизенамочемпион возразить, Катяблокиела яблокиеланетакаяблокиелапила горький сок и, на прощание скользнув пальцами по плечу мужчины, горяблокиеланетакаяблокиела удалилась. Ощущение ошеломленного и заинтересованного взгляблокиелада согревало спину, пока девушка, покачиваяблокиела бедрами, шла к самому дальнему дивану.
Она сделала все правильно... да, именно так. Хотяблокиела откуда было ей знать, новому неопытному игроку на поле женских интриг и мужской пресыщенности. Ей предстояблокиелало учитьсяблокиела выживать в серпентарии и параллельно с этим оставатьсяблокиела дляблокиела единственного мужчины загадкой века. Практически невыполнимаяблокиела задача, если учесть, что все конкурентки овладели этим искусством в совершенстве.