— Ты поведала мне очень ценную информацию, Нефертити, — без всяких смешков говорит он, однако в ту же секунду вновь расслабляет губы в широкой улыбке, — спасибо тебе за этого, я не был в курсе.
«Конечно же не был», — хочется брякнуть Кэтрин, но она вовремя сдерживается. Садики не знал этой информации, а значит, не мог доложить юноше. Однако зачем это сделала Кэтрин? В конце концов девушка приходит к выводу, что эта информация не является такой уж секретной и вряд ли сможет кому-то навредить.
Азиру тем временем вновь начинает веселиться, ходит по кругу вокруг Кэтрин и как будто посмеивается над ней про себя. От этого ощущения девушке становится как-то неуютно.
— Милая Нефертити, а знаешь что? Давай сыграем с тобой в игру! Ты задаешь мне один вопрос — я честно отвечаю. А потом наоборот. Кажется, мы многое знаем и можем поделиться друг с другом нечем ценным.
— Нет! — слишком резко и отрывисто говорит Кэтрин.
— Ах, я так и знал, что ты откажешься! — всплескивает руками юноша и ухмыляется. — Что же, давай тогда сделаем по-другому. У меня сегодня настроение очень хорошее, — поясняет он, замечая вопросительный взгляд девушки. — Итак, в честь этого ты можешь задать мне три любых вопроса, а я ничего не потребую за это взамен. Однако! Если ты захочешь продолжить разговор, мы вернёмся к изначальным правилам.
Кэтрин смотрит на него, и на ее лице читается явное непонимание. Где подвох? В чем суть? Где ее пытаются обмануть?
— Какая тебе от этого польза? Ты обманешь меня? — с опаской уточняет она.
— Я уже получаю от этого пользу, милая Нефертити. Я искренне наслаждаюсь твоим нахмуренным и задумчивым личиком. Не бойся, врать я тебе не стану. Я ведь уже говорил, что я никогда не вру.
Когда Азиру упомянул ее «задумчивое личико», она отвлекается от своих мыслей и внезапно вздрагивает, видя тело юноши перед собой настолько близко. Выходит, она правда задумалась так сильно, что не заметила, как он подошёл?
Азиру нависает над ней из-за своего высокого роста и смотрит сверху вниз. Кэтрин очень не хочется смотреть на него в ответ, но из-за своей упёртости и гордости она все равно поднимает глаза и с вызовом говорит:
— Хорошо. Тогда вот мой первый вопрос. Чего ты добиваешься? Чего ты хочешь на самом деле? Свергнуть фараона?
Азиру вновь смеётся.
— Ха-ха, Нефертити, это ведь сразу три вопроса! Однако сделаем на первый раз поблажку и засчитаем все как один. Хмм, чего же я хочу? — спрашивает он у пустоты, отходя чуть назад и покачиваясь на пятках. — Я хочу свободы, милая Нефертити. Мне не нужен Египет, мне не нужен престол, власть или пост советника. Мне абсолютно все равно, кто здесь будет править, однако для того, чтобы я мог стать свободным, Египет должен претерпеть изменения. Им нужно отпустить свое властолюбие. Понимаешь, о чем я?
— Нет.
— Тогда поймёшь чуть позже. Все ведь уже начинается… — мечтательно пробормотал юноша.
— Азиру, один человек как-то сказал мне, что не существует полностью свободных людей. Любые узы — это уже ответственность, — серьезно замечает Кэтрин, — возможно, в погоне за несуществующим ты сломаешь себе жизнь.
— Глупышка, — журит ее юноша, — ты совсем ничего ещё не понимаешь. Когда ты сам строишь вокруг себя клетку и когда тебя насильно в неё загоняют, это совершенно разные вещи. Ну, не будем об этом. Ещё два вопроса, милая Нефертити, только задай в следующий раз что-нибудь поинтереснее.
Кэтрин кивает и сосредотачивается. Похоже, что на тему своих желаний Азиру говорить не хочет и, даже если он и пообещал говорить только правду, он спокойно будет увиливать, а Кэтрин потеряет все свои вопросы. Поэтому она переключается на вторую, не менее волнующее ее тему. Сердце на миг затихает, потому что Кэтрин боится услышать, какой ужас может ожидать ее в будущем.
— Ты… меня ненавидишь? — голос подводит ее в самую последнюю секунду, и вопрос звучит чертовски слабо и так испуганно.
— Что?
Азиру выглядит так, словно его облили ведром ледяной воды или же он пропустил самую смешную шутку в компании друзей. Он смотрит так наивно, как ребёнок и снова переспрашивает этот вопрос, на что Кэтрин вмиг сбивается, начинает заикаться и путаться в словах, краснея от стыда.
— Я… Ну, я имела в виду, ты хочешь меня убить, да? Я ведь нарушила все твои планы и… ну, я теперь мешаю тебе. Если бы не я, то ты бы нашёл новую девушку и сделал ее наложницей… Ой!