Кэтрин лишь кивнула и тотчас бросилась к чемодану, который Уолтер поставил в угол у входа. Мама с помощником тем временем удалились и прошли внутрь музея, перекусить на кухню, скорее всего. Мама продолжила свои рассказы о последней поездке, а Уолтер только кивал, смеялся и соглашался, давая маме возможность выговориться. В принципе, это и хорошо, что Кэти оставила их: она дала побыть им наедине.
Девушка осторожно взяла в руки заветный чемодан, в котором Мама привозила экспонаты. Боясь лишний раз вздохнуть, она отнесла его в мастерскую, положила на рабочий стол. Здесь Мама с Уолтером проводят большую часть своего рабочего дня, изучая артефакты. Проверяют их подлинность, чистят, пытаются определить, к какому периоду они относятся и кому принадлежат. А после всегда обязательно отправляют отчёт в головной отдел, чтобы те решили дальнейшую судьбу артефакта. Ведь всем известно, что найденные сокровища всегда принадлежат стране! Ну, только это не относится к маминым архивам.
«Интересно, а Уолтер знает, что именно Мама держит в своей библиотеке?» — подумала Кэти.
Надев на всякий случай перчатки, девушка открыла замок чемодана и стала разбирать вещи. Кусок ткани, очевидно, часть египетского знамени, таблички с письменами, некий аксессуар, похоже, некогда принадлежащий одному из должностных лиц. Да, «улов» действительно хоть что-то значит, однако на хорошее открытие не тянет. Мама все же безнадёжна…
На самом дне чемодана Кэтрин заметила нечто, замотанное в тряпки. Хрупкое изделие? Кэтрин осторожно взяла предмет и аккуратно размотала его. Ее взору предстало нечто вроде статуэтки или куклы. Статуэтка была ярко-желтого цвета, но явно не золотая, просто раскрашенная. Сама же она сделана была не очень аккуратно и выглядела как-то по-бедному. Одна рука статуэтки была очень короткая, другая слишком тонкая. Нечто на голове, видимо, изначально должно было быть париком, но в силу неопытности мастера походило на некий тюрбан. По фигуре статуэтки Кэтрин поняла, что изобразить пытались девушку. Кэти осторожно провела указательным пальцем по голове, лицу статуэтки. Странно, как она смогла сохраниться настолько хорошо? На «девушке» не было даже и царапины, а все части тела и углы остались на месте. Это поражало.
— Ну что, юный археолог, все исследовал? — сзади подошла Мама. — Пора домой уже, музей подождёт.
— Мама, что это за статуэтка? Где ты ее нашла?
— О, эта. Вся моя экспедиция в этот раз проходила вблизи Ахетатона. Так что эта статуэтка тоже оттуда. Ахетатон — это…
— Временная столица фараона Эхнатона, — завороженно закончила за маму Кэтрин.
— А ты сильна в истории, оказывается! Да, это так. Возможно, это кукла некой дочки земледельца или что-то в этом роде. Это не похоже на ритуальную куклу или изображение кого-то из семьи правителя.
— Можно я заберу ее себе?
— Что?
Слова вырвались из Кэти совершенно случайно. Она сама не поняла, зачем и для чего это сказала.
— Э, ну в смысле, можно на время забрать ее домой? Мне кажется, что это очень важная историческая вещь, и что-то мне подсказывает, что я могу узнать о ней нечто новое.
Недоумение на лице мамы говорило само за себя. Эта просьба звучала довольно нагло, и раньше Кэтрин никогда бы и не додумалась такое сказать вслух. Это сродни чему-то вроде: «Мама, а можно я заберу себе один из украденных тобою документов?»
Мама и Кэтрин стояли в полном молчании секунд эдак тридцать, и за это время на лице матери отразилась целая гамма эмоций. Удивление, усмешка, злость, недовольство, шок от наглости дочери. Кэтрин уже рассчитывала на жесткий отрицательный ответ, как лицо мамы внезапно смягчилось.
— Ну, можешь взять ее домой, но только на выходные. В понедельник мы отнесём ее обратно, ибо мне нужно будет подготовить отчёт! И смотри, будь с ней предельно осторожна! Это ведь древний артефакт.
Кэти довольно, как Чеширский кот, улыбнулась:
— Конечно! Спасибо, Мама!
Мама, увидев такую радость на лице у своей дочери, тоже улыбнулась.
— Ты пошла вся в меня. Ох уж эти гены. В твоём возрасте меня тоже тянуло ко всяким древностям. Пойдём, а то уже одиннадцать, а ты даже не ужинала.
— А я и не хочу, — зевнув, ответила Кэтрин.
— Зато спать точно хочешь.
Мама взяла статуэтку в руки, аккуратно завернула ее обратно в тряпки. И вместе с Кэти они вышли из комнаты.
Дорога домой была тихая и спокойная. Сначала Уолтер предлагал подвезти их, но Мама отказалась — до дома пешком рукой подать. Поэтому сейчас они молча шли, наслаждаясь тёплым вечером и приятным ночным ветерком.