Впервые на лице Хоремхеба промелькнула тень некоего чувства.
— Ваше величество, — решительно перебил фараона Хоремхеб, — людям нужно будет отдыхать.
— Пускай гребут по очереди.
— По дневной жаре люди могут начать умирать. Это может дорого обойтись…
— Чего бы это ни стоило, но чтобы все было выполнено! — выкрикнул Аменхотеп.
Вся шумиха во дворике тут же прекратилась. Аменхотеп осознал присутствие слушателей, и к лицу его прихлынула кровь. Он шагнул к Хоремхебу. Тот не дрогнул.
— Ты подвергаешь сомнению приказы фараона? — угрожающе спросил Аменхотеп.
Хоремхеб взглянул ему в глаза.
— Ни в коем случае, ваше величество.
Аменхотеп прищурился.
— Это все? — спросил Хоремхеб.
На мгновение мне показалось, что Аменхотеп не ответит военачальнику. Но он все же произнес:
— Да, все.
Военачальник решительно зашагал туда, где стояли его люди, а Аменхотеп двинулся в противоположном направлении. Нефертити посмотрела на мою мать, потом на меня.
— Что случилось?
— Аменхотеп рассердился на военачальника, — объяснила я. — Мы поплывем прямо в Мемфис, нигде не останавливаясь. Военачальник сказал, что из-за дневной жары люди могут умереть.
— Ну пускай гребут по очереди, — отозвалась Нефертити.
Мы с матерью переглянулись.
Перед нашим отъездом в Мемфис никакого прощального празднества не намечалось. Солнце поднималось все выше, и близилось время отплытия. Во внутреннем дворике появился Панахеси, и мы с сестрой заметили, как он что-то прошептал Аменхотепу на ухо. Они стояли в стороне от всеобщей суматохи, рева ослов и шума, поднимаемого слугами. Нефертити двинулась через дворик и потащила за собой и меня. Панахеси поклонился ей и поспешно отступил.
— Чего ему было нужно? — сердито спросила Нефертити.
Аменхотеп замялся.
— Носилки.
Сестра тут же ухватила суть дела.
— Для Кийи?
— Она беременна. Ей потребуется шесть носильщиков.
Нефертити крепче сжала мою руку.
— Она что, настолько растолстела, что меньше шести человек ее не унесут?
Я покраснела: Нефертити повысила голос на царя Египта.
— Мне следует пойти навстречу Панахеси…
— Кто будет ехать на этих носилках, Панахеси, что ли? Только царицу несут шестеро носильщиков! Что, царица теперь Кийя? Меня уже сместили?
Я ощутила, что все во дворе снова застыли, и заметила краем глаза военачальника Нахтмина.
— Я… я скажу Панахеси, чтобы ее несли только пять носильщиков, — пробормотал Аменхотеп.
Я ахнула, но Нефертити лишь кивнула и осталась стоять, глядя, как Аменхотеп отправился сообщать Панахеси, что его беременной дочери придется обойтись меньшим числом носильщиков. Когда фараон удалился, Нахтмин пробрался через кишащий народом дворик.
— Я пришел пожелать царице Египта счастливого пути, — сказал он, — а сестре главной жены царя — безопасного путешествия. Пусть сады Мемфиса дарят тебе не меньше радости, чем сады Фив, госпожа Мутноджмет.
Нефертити приподняла бровь. Я почувствовала, что молодой военачальник заинтересовал ее. Ей понравилось сочетание его светлых глаз и темной кожи. Нахтмин посмотрел на Нефертити, и внезапно я ощутила приступ ревности.
— Я смотрю, ты хорошо знаком с моей сестрой, военачальник.
Нефертити улыбнулась, и Нахтмин ответил ей улыбкой.
— Мы встречались несколько раз. На самом деле однажды мы столкнулись в саду, и я предсказал ей будущее.
Улыбка Нефертити сделалась шире.
— Так ты не только военачальник, но еще и предсказатель?
Я с силой втянула воздух. Только жрецы Амона знали, чего желают боги.
— Я не стал бы замахиваться так высоко, ваше величество. Я — просто проницательный наблюдатель.
Нефертити придвинулась поближе к нему, так что могла бы при желании коснуться губами его щеки. Мне не нравилась игра, которую они затеяли. Взгляд Нахтмина скользнул по миниатюрному, сильному телу Нефертити и остановился на черных как смоль волосах, обрамляющих ее лицо. До сих пор Нефертити никому не позволяла смотреть на себя так. Военачальник отступил: от аромата ее благовоний у него закружилась голова. Затем появился Аменхотеп, и их опасная игра прекратилась. Нефертити выпрямилась.
— Так ты едешь в Мемфис, военачальник?
— Увы, нет, — ответил Нахтмин, взглянув на меня. — Я стану ожидать вашего возвращения здесь. Но я сопровожу караван вашего величества до пристани.
Нефертити игриво повела плечом.
— Значит, мы скоро увидимся.